Алиса Фрейндлих, «Моей душе покоя нет» (2024 год). Цитаты и фразы из документального фильма

Все фразы и цитаты

-Любовь ли это - или любованье...
Пера причина...
Пера причуда - иль первопричина,
Томленье ли по ангельскому чину -
Иль чуточку притворства -
по призванью.
Души печаль, очей очарованье,
Пера ли росчерк - ах! -
не все равно ли,
Как назовут сие уста - доколе
Ваш нежный рот - сплошное целованье!
Ну, поцелуй меня, Коля.
-Конечно.
-Да! Сейчас же!
Вот так.
Переходим на официальный тон.
-Подождите, зачем?
-Николай Максимович...
-Боже!
-А звучит красиво. Я не знаю...
-Господа, вы готовы?
-...как называется.
-Телефончики в беззвучный режим.
-Алиса, значит, смотрите...
Я стал искать в своей памяти,
когда я вас первый раз увидел.
-Ну?
-Вы можете себе представить,
я перерыл все, я пересмотрел
все, что только возможно.
И вдруг я понимаю...
что "Мелодии Верийского квартала" -
мои ровесники.
-Как я люблю этот фильм!
-Представляете?
-И как давно он мне не попадался!
Так будет жить без танца
любимое дитя?
-И что интересно... Мало того что
я первый раз увидел вас там,
вы... Первый раз я увидел
балетный класс именно в этом фильме.
И во многом вы напророчили мою жизнь.
-О-о!
-Да, потому что я не мог
себе представить в том возрасте,
когда я его смотрел,
что стану артистом балета,
что попаду в балетный класс
и буду делать те же движения.
-Деми плие.
-Гран плие.
-Фондю батман.
-Батман жете.
-Батман фондю.
-Батман фраппе.
-Я понял, что балет и вас
я увидел одновременно,
и это все в моей жизни сбылось.
-Ты моя радость!
Как я рада, что я
в какой-то мере причастна!
-Представляете?
Как вы в этот фильм попали?
-Ну, мы дружили, вообще-то...
-Там же, кроме вас,
вообще никого нет.
-...Театр Руставели, БДТ
и Театр Ленсовета.
Когда они приезжали,
смотрели спектакли,
мы встречались где-то,
как всегда, на кухне за...
так сказать, чаепитием.
Значит, каким-то образом
вдруг им понадобилась
какая-то нетолстая тетка,
которая может сделать
нечто похожее на батман.
-Главное - петь еще.
Нет, еще петь.
-Ну да, еще и немножко петь.
В моей душе покоя нет -
Весь день я жду кого-то.
Без сна встречаю я рассвет,
И все из-за кого-то".
-Людмила Прокофьевна Калугина.
Мы называем ее "наша мымра".
Конечно, за глаза.
-Вы утверждали, что я черствая.
-Почему? Мягкая.
-Бесчеловечная.
-Человечная.
-Бессердечная.
-Сердечная.
-Сухая.
-Мокрая.
-Расскажите
про Эльдара Александровича.
-Эльдар Александрович чудный.
Чудный, чудный, чудный!
Очень нежный человек. Нежный.
-Мне повезло,
я ему был тоже представлен.
Несколько раз с ним общался.
-Он был нежный и бережный.
Микрофончик вот у меня здесь.
Говорите мне в грудь.
-Мне дали оружие.
Я вооружен и очень опасен.
Был замечательный спектакль
в Театре Маяковского.
Галя Анисимова играла...
Играла Мымру.
Ну так хорошо ведь, да?
А если здесь была бы койка,
вы представляете, что бы сейчас...
Ну, короче говоря,
эту роль как будто мы писали
специально для Алисы.
-А мне ведь только 36.
-Как - 36?
-Да-да, я моложе вас,
Анатолий Ефремович.
А на сколько я выгляжу?
-На... на 35.
-Опять врете, товарищ Новосельцев.
-Если бы не Алиса,
то этого фильма не было бы.
Для того чтобы себя
так обезобразить,
будучи молодой, очаровательной,
эффектной женщиной,
как это сделала она,
чтобы сыграть это бесполое,
унылое статистическое существо...
Это, в общем, вызывало
только чувство восхищения.
-Вы меня не видели утром.
-Я могу сказать только одно:
к сожалению, не видел.
-Он же несколько раз вас браковал,
не брал в разные фильмы.
А потом вдруг "Служебный роман".
И я очень часто... Ну, вы знаете,
что я от корки до корки
могу цитировать весь этот фильм.
Но! Там есть одна фраза,
которой я учился.
Опять. Я учился, я подражал вам.
Я часто ее произношу.
Надо обязательно... Под Фрейндлих
надо долго стараться.
Надо вздохнуть, а потом сказать:
"Ну не верю я вам".
-...А в том, что...
я вам верю.
-Ну это вы такой чувствительный.
-Нет, поверьте,
все такие чувствительные.
-Да, да, да.
-Иначе этот фильм
не жил бы столько лет.
-Ольга Петровна, доброе утро!
Выглядите сегодня отлично.
Мне очень нравится, как вы работаете.
Я давно за вами наблюдаю.
Заходите ко мне -
поболтаем, посплетничаем.
-Конечно, я очень счастлива,
что у меня сложилась так судьба,
что я смогла в фильме, в картине
с ней встретиться.
И потом получилось так,
что мы очень друг другу,
как мне кажется, я надеюсь,
симпатизировали.
Уж я-то во всяком случае.
И когда они работали с Андреем,
я всегда старалась посмотреть,
наблюдала.
-Мымра!
Вот-вот, мымра и есть.
-Мымра?!
-Конечно, ее тонкие реакции,
ее тонкий взгляд,
ее тонкое такое ощущение
понимания роли -
это, конечно... Вот это как школа.
То, чему можно было поучиться.
-Выходит, чтобы все меня
считают таким уж чудовищем?
-Не надо преувеличивать.
Не все, не таким уж чудовищем.
-Нет, это невозможно!
Ей-богу, это невозможно! Уходите!
-Рязанов работал с ней
как с человеком,
который его понимает с полуслова
и делает все так, что...
Его, по-моему, все восхищало.
По-моему, он считал,
что он получил клад в свои руки.
-Неужели вы ко мне неравнодушны?
-Еще одно слово -
и я запущу в вас графином.
-Вообще, вам позволял
делать что угодно,
лишь бы только вам было
комфортно, хорошо. Это так?
-Да. Нет, но он был
хорошим помощником.
-Нет, понятно. Но он шел от вас,
от того, как вы считаете.
-Ну, как-то получилось так,
что мы считали почти...
У нас не было диссонансов.
-Такая была она интересная
в последних сценах с Мягковым.
Какую она играла - и потом
превращение в красивую Золушку.
Знаете, это же эффект Золушки.
-Мне не следовало
всего этого надевать.
Я, конечно, должно быть...
выгляжу смешной?
-Кстати, сейчас был
на "Мосфильме" в музее.
И там ваше платье.
Я прямо с ним обнимался.
-Моя лапочка!
-В котором вы появляетесь,
как королева, уже в конце.
-Если все это безвкусно,
я могу снять.
-Не-не-не. О... о...
-Я, конечно, не умею
всего этого носить...
-Вы красавица!
-В этом фильме...
Почему он никогда не устареет -
там просто такое количество моментов,
которые, я думаю,
испытывает каждый человек.
Там болевых точек очень много.
У каждого персонажа.
-Вот тогда-то Новосельцев
решил за вами "приударить".
Это его собственное выражение.
Ну, с целью получить место
начальника отдела.
-Знаете, я в одном вашем интервью
прочитал, что, для того чтобы
правильно нащупать персонажа,
надо нащупать его болевую точку,
вот вы говорите.
-Персонаж, да.
Обязательно надо найти,
где персонажу больно.
В какой момент и что именно
его заставляет делать
нравственный выбор.
Очень важный момент.
Хотела дочери ко дню рождения
подарок сделать,
да дорого, не по карману.
-Ну что там, что это стоит?
-Оцените.
-А! 500 рублей это стоит.
-Если бы. Все 700.
-Я даже не знаю величину, с которой
я могла бы сравнить Алису Бруновну.
Она уже в 40 с лишним была легенда.
-Ты поблагодарила Васю за подарок?
-Вася, спасибо большое!
Очень милая брошь.
-Ну, пустяки.
-"Милая"! Что ты понимаешь?
Такая вещь знаешь сколько стоит!
-Алиса Бруновна называла
Эльдара Александровича "Элик".
Была с ним на "ты".
У них уже было прошлое.
Они вместе работали.
А для меня они все были
по имени-отчеству,
на "вы".
-Полно, Лариса!
Что ты!
-Мама!
-Что ты!
-Боюсь я чего-то.
Если уж свадьба будет здесь,
так, пожалуйста,
чтобы поменьше народу.
Чтобы как можно тише, скромнее.
-Нет, это ты не фантазируй.
Ты у меня заблестишь так,
что здесь и не видывали!
-Да, и я ничего не пожалею.
-Я очень удивилась,
когда он предложил мне эту роль.
"Нет, нет, ну что вы!
Ну какая же я Огудалова?
Огудалова монстр!" -
"Неправда".
Ну что ты на меня так смотришь?
Нешто я не понимаю?
Что ж я, не женщина?
Ступай.
Может быть, судьба тебя и помилует.
Обычно ее играли
как какого-то неслыханного монстра,
который только и знает,
что распродать все налево-направо.
Но это не так. Там гораздо
более тонкая, так сказать...
-Там фантастические...
-...ткань.
Ах, душа моя, душа моя...
Все надо начинать сначала.
-Ничего начинать не надо.
-Господи!
Во всем себе отказываю.
Поворачиваюсь, будто вор на ярмарке.
-Я приходила на съемочную площадку,
даже когда у меня не было съемок,
не было сцен, я смотрела,
как Алиса Бруновна работает.
Я очень уважала и очень вела себя...
ну, более чем скромно тогда.
Я стеснялась. Я боялась.
ШЕПОТОМ: Куда ты?
Веди себя прилично.
-Я была бедная молодая девушка,
которая еще нигде не работала.
Денег не было, ничего не было.
И я помню, как Алиса Бруновна
приехала однажды на площадку,
у нее был термос
с очень вкусным кофе и бутерброд
(сейчас это вам ни о чем не скажет)
очень красивый,
с колбасой салями.
Ну, то есть сегодня это, не знаю,
как если бы она привезла мне
в первый съемочный день
и подарила килограмм черной икры.
Я не знаю, с чем это сравнить.
И она, как человек,
который в детстве пережил блокаду,
не смогла есть при мне.
Не потому что я выглядела
как блокадный человек,
а просто это в крови - делиться.
И она мне отдала бутерброд.
Мне кажется, это важнее, чем начало,
чем все остальное. Понимаете?
Разговоры о роли и так далее.
Вот она такая, Алиса Бруновна.
-Это "Мой бедный Марат",
первый акт, "Блокада".
Знакомо до слез все,
что связано с блокадой.
Здесь...
мамина драная шаль.
-Я застал, наверное,
человек 8 или 10 блокадников,
кто всю блокаду провел. Я собирал
мемуары, воспоминания, письма.
Мы издали книгу.
Даже две книги уже издали.
И мне пришлось прочитать очень много.
Я постоянно сидел и плакал,
потому что там
очень много удивительно...
...сложных моментов.
И главное, знаете,
когда ты в Питере начинаешь постоянно
бывать, когда ты вечером идешь,
ты что-то читал
и у тебя совпадает адрес...
У меня все время...
Я останавливался у дома,
стоял, и вот эти звуки... Как бы...
-Воображение! Артист!
Какой же артист без воображения?
-Да.
-Вот подъезд, и вот два окна,
которые по ту сторону от трубы.
Это была наша комната.
Ну, здесь ничего не изменилось.
Дверь поставили железную,
а лесенка та же.
Мы жили в квартире 47.
Это другой флигель этого же дома.
В тот флигель попал снаряд.
Мы в это время были в бомбоубежище.
Когда мы из бомбоубежища вышли,
то квартира была разрушена полностью.
А в этой квартире жила
жена папиного брата с сынишкой.
Так что мы все разместились там. Все.
Она, тетя Зоя,
с Эдиком, сыном,
бабушка моя, мама со мной
и вторая бабушкина дочка,
папина сестра, тоже с малышкой,
почти новорожденной
своей дочечкой.
И мы все в одну комнату въехали.
Ну, в самую тяжелую зиму все было
поглощено тем, чтобы раздобыть воды,
раздобыть каких-то щепок,
чтобы истопить буржуйку.
Мы выходили во двор сюда
или спускались на замерзшую Мойку
под окнами, разгребали немножко
верхний слой снега
и оттуда доставали чистый снег,
приносили его в ведре, топили.
Вот на нем и готовили, и мылись.
И бабушка очень следила за тем,
чтобы мы все-таки...
так сказать,
сохраняли облик человеческий.
Бабушку эвакуировали в 24 часа.
И моя тетушка, папина сестра,
с детьми, с Эдиком,
который к этому времени уже осиротел,
и со своей маленькой дочкой
уехали в эвакуацию. Ну, в такую
принудительную эвакуацию.
И мы остались с мамой вдвоем.
-Что самое страшное вспоминается?
Вот в сознании ребенка.
-А не было страшно.
-Нет?
-У меня была такая надежная мама!
Свой хлеб она пополам...
Половина отдавалась мне, а половину
она меняла на листья табака.
Она начала курить в блокаду,
потому что хотелось есть.
Ну, как-то голод удовлетворялся.
Конечно, это жертвенность
в первую очередь.
-Мама что хотела, вообще?
Она как видела вашу судьбу?
-Ну, мама...
Мама была так озабочена тем,
чтобы меня вырастить и накормить...
Это было непростое время,
так что...
-Ну она не склонялась
к чему-то больше?
-Нет. У нее не было никакого...
Другое дело, что она потом
очень и очень трепетно
относилась ко мне,
когда я уже делала первые шаги.
Она мне все время подшивала
какие-то воротнички,
какие-то платьица вышивала.
-...В те года мои далекие,
В те года вешние.
Голова стала белою.
Что с ней я поделаю?
-Я тогда работал в Колхозном театре
имени Обкома комсомола.
Но как раз в этот год меня пригласили
в Ташкентский театр Красной армии.
Я уехал, а через три месяца
получил телеграмму:
"Родилась дочь, приезжай!"
Приехал в Ленинград...
и, можете себе представить...
Тяжело мне первое время досталось.
Качал всю ночь капризную девчонку.
Ходил туда и обратно по коридорам,
все голову ломал,
как назвать эту реву.
Как-то... странное имя мое - Бруно.
Как-то трудно сочетание найти.
Сами понимаете, не назвать же ее
Екатерина Бруновна
или Варвара Бруновна.
Или еще Фекла Бруновна!
Ну вот так вот ходил, ходил...
Переименовывал...
пере... пересчитывал имена.
Все сочеталось с моим именем.
И вдруг совершенно невзначай произнес
(откуда, сам не знаю):
"А что, если Алиса?"
-Внимание, приготовиться
к началу первой части спектакля.
-И можете себе представить,
на мой возглас
моя крикунья внезапно замолчала!
Как будто согласилась со мной.
Я потихонечку
уложил ее в постель,
сам лег и долго соединял
ее имя с моим.
Алиса Бруновна.
-Я знаете чего не знал никогда?
Что вы хотели быть оперной певицей.
-Я не хотела.
Просто у меня был голос.
Но папа, когда мне надо было...
Уже оканчивала школу,
мне надо было определиться,
куда я пойду.
Он сказал: "Конечно, консерватория,
оперный класс - это прекрасно,
но ты очень мелкая, маленькая.
Ты очень маленькая,
маленького роста,
и все оперные партии,
допустим, низкое сопрано
или меццо-сопрано даже,
которое предполагалось,
требуют фактуры..."
-Я вас сразу представил.
-"Ты будешь как муха на куличе".
Так оскорбительно мне сказал:
"Муха на куличе".
"Если так тебе не хочется
расставаться с возможностью петь
и в то же время иметь в дальнейшем
какое-то поле деятельности,
то иди в камерные, так сказать...
в створ камерного класса
и камерного репертуара.
Там ты сможешь и играть..."
-"...и петь".
-Да.
-Папина оценка вас -
она что для вас значила?
-Ну, он ко мне относился
очень строго.
-А не похвалил ни за что никогда?
-Ну, умеренно, очень умеренно.
Умеренно, очень умеренно.
-А вам... Вы ждали этого?
Именно его оценки.
Или вы понимали,
что он всегда как-то вот...
-Ну конечно, да. Я, конечно, ждала.
Ну а как же, мне важно.
-Какие у нее недостатки?
-Недостатки?
Никаких.
-Да быть не может!
-Нет никаких недостатков.
Не вижу.
А впрочем, постойте.
Один есть. Огромный недостаток.
Курит! И много курит!
И что ни говори - толку никакого!
Курит!
-Я говорил, моя любимая ваша работа -
это фильм "Успех",
где вы играете актрису. Помните?
-Я помню. Да, да, да.
-"Хотите, я встану перед вами
на колени?" - "Хочу".
-Ну ладно. Хотите, я закурю еще?
-Да!
-Хочу!
-Да.
-Скажите: "Хочу!"
-Хочу!
-Ну я вас просто умоляю!
Умоляю вас, не уходите из спектакля.
Останьтесь. Ну хотите,
я встану перед вами на колени?
-Хочу!
-Алису Бруновну знал
почти с рождения,
так как она дружила
с Галиной Борисовной Волчек,
которая, в принципе,
являлась моей второй мамой.
Вообще, связь с Питером, с БДТ и...
Ну, как-то так это было.
Им было хорошо вместе,
и поэтому всякий раз,
когда кто-то приезжал сюда
или наоборот,
они встречались, общались.
-Значит, ты меня обманул?
-Я больше не буду.
-Что - не буду?
-Обманывать.
В следующий раз напьюсь всерьез.
Опасный возраст Димин.
Он был переходный.
И просто в определенное время лучше
этих подростков обходить стороной.
Видеть вас не могу.
Психи вы ненормальные.
-Эгоист! Неужели обязательно с утра
пораньше нужно довести мать до слез?
-Она абсолютно
профессиональный человек.
У нее бывает, иногда может отдыхать,
быть уставшей.
-Ну мы же не маленькие дети.
-Разведите нас. Я прошу.
РАЗГОВОРЫ
-Отныне вы не являетесь
мужем и женой.
-Это вообще удивительные люди.
И таких, к сожалению, уже нет.
-Ты хочешь, чтобы я сейчас
разревелась здесь при всех?
Этого ты хочешь?
-Ладно, я пойду.
Но это та школа,
которая не позволяла себе
ни секунды слабины
в предлагаемых обстоятельствах
либо где-то, где это
пересекает рамки личного.
Чао!
-Дрянь!
-Она всегда была восхитительна,
с замечательным парфюмом,
с хорошей прической.
Значительно моложе своих лет
в любом периоде своей жизни.
-Что это значит? Что это за "чао"?
Ты ведешь себя омерзительно.
Ты меня просто шантажируешь!
Эгоист несчастный!
Достойный сын своего отца!
-Мама! Мама, что с тобой?
Там не было конца и финала
и не было точки.
-За тебя. За то, чтобы следующие
твои 20 лет были лучше предыдущих.
-Твое здоровье, Наркис.
Желаю тебе того же.
Будьте все счастливы.
-И это очень важно,
потому что в ситуации,
в которой они расставались, надежда
должна была всегда присутствовать.
Такое многоточие
во всей этой истории -
это прекрасно, мне кажется.
-Как ты?
-Нормально!
-Как университет?
-Ушла оттуда еще осенью.
-Мам... а почему люди расходятся?
-Кто ж может ответить на этот вопрос?
-А почему соединяются?
-Ну, любят, наверное.
-А куда потом
эта самая любовь девается?
-Шут ее знает.
-Вы сыграли много историй любви,
а как в жизни?
Вы часто переживаете это чувство?
Спасибо.
-Нет, если часто, то это уже
не любовь, а влюбленность.
Конечно, не так часто,
но, слава тебе господи, не один раз.
СМЕХ В ЗАЛЕ, АПЛОДИСМЕНТЫ
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Когда появился Владимиров?
-Владимиров пришел
в Театр Комиссаржевской
с подачи Товстоногова
Георгия Александровича,
у которого он был в стажерстве.
-Есть одна потрясающая фотография.
Посмотрите какая.
Безумно хорошая эта фотография.
-Да. Это какая-то репетиция.
-Да.
-По-моему...
Не, не помню.
По-моему, "Вишневый сад",
репетиция. Если не ошибаюсь.
-Вы знаете, что наше объединение
"Светлана" уже 10 лет дружит
с Театром Ленсовета.
И вот сегодня у нас в гостях
народная артистка республики,
лауреат Государственной премии,
наш друг Алиса Бруновна Фрейндлих.
-Как вы успеваете
дома по хозяйству?
-К сожалению, должна признаться
честно, я не успеваю дома
по хозяйству, поэтому второй вопрос -
мешает ли это творческой работе -
отпадает сам собой.
Дом запущен.
СМЕХ
Безобразно.
СМЕХ
Хлам везде.
СМЕХ
Разобраться некогда. Дети, да,
тоже не успевают по хозяйству.
СМЕХ
Дочь, ей 10 лет. Она мне дает
все время торжественное обещание,
что будет даже варить себе
кашу сама, но пока не вижу.
Может, примут в пионеры -
чувство ответственности повысится.
Ну, смотри.
-Думаю, не получится.
-Сейчас.
-А можно вот так?
-Нет, нельзя, нельзя, нельзя.
На расстоянии.
Подожди, я еще не все зажгла.
-Это документальный фильм,
где вы празднуете день рождения Вари.
Это так смешно!
Это так забавно!
Такое счастье,
что это тогда сняли, Варь!
-Это мое сокровище.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Ах! Красивые.
Спасибо!
-Чтоб тебя в аппарат было видно.
Я тебя поздравлю. Поцелую.
Спасибо.
-Я знаете какую вашу роль
для себя обнаружил и очень смеялся?
Где вы играете Эллочку-людоедочку.
Потому что вы там вообще другая.
Как вам сказать...
Когда смотрю, я как-то вижу,
что вот это до Владимирова,
а вот здесь уже есть Владимиров.
-Хо-хо!
-Выражает в зависимости
от обстоятельств иронию, удивление,
восторг, ненависть, радость,
презрение и удовлетворенность.
-Мрачный.
24 года совместной работы,
когда мы понимали друг друга
с полуслова, - это было
самое счастливое время
в моей творческой жизни.
-Никому из окружающих
вы не даете спать.
-И каким же образом я не даю спать
этим самым окружающим?
-Объясняю.
Находясь в постели среди ночи,
вы неожиданно начинаете
читать стихи.
-Немыслимо! Им, видите ли,
не нравится, что я читаю стихи.
Он был во многом новатор.
Ведь он первый сделал
музыкальные спектакли. Почти мюзиклы.
"Украшение строптивой"
и "Дульсинея Тобосская".
Владимиров не любил отпускать в кино.
Рязанов приезжал
на "Служебный роман"...
сам приезжал в Питер
и просил его отпустить.
Владимиров сказал,
что только между спектаклями.
И я проводила ночь в поезде.
Съемка, ночь в поезде, спектакль,
ночь в поезде, съемка...
-И перешла в слезы. Обязательно.
Где хочешь, на каком хочешь месте.
Это пожалуйста. Потом
что-то такое знакомое узнала.
-Единственное,
оставьте узнавание потом.
Можно же все это оценить вместе,
не конкретизируясь ни на чем.
Иначе мне потом...
-Я понимаю.
-Игорь Петрович замечательный,
прекрасный. Я его нежно люблю.
Но в какой-то момент я вроде бы
стала немножко его собственностью.
Я очень много работала в театре.
У меня было 16 названий.
Даже по одному разу сыграть каждое -
это было перенасыщено...
И я почувствовала,
что я начинаю терять,
начинаю буксовать как актриса.
-Зачем вы являетесь лидером?
Это совсем неправильное движение.
Вам не годится быть лидером
этого движения. Я вас уверяю.
-Я никакого лидерства
на себя не беру. Я о тебе.
Мне эта мизансцена, когда...
-Все, кончили репетировать.
Остановитесь.
-Репетиция заключается только в том,
что говорите вы, мы внимаем.
-Сейчас - я, да.
-После того как мы уже не были
мужем и женой, у каждого началась
своя какая-то другая жизнь.
-Да я не театровед!
Я это физически делала,
насколько я была
в состоянии это делать.
-Дерзко отвечаете. Я даже удивился,
подумал: "Боже, неужели Алиса может
кому-то дерзко ответить?"
Я не мог себе представить.
Но там вы так...
-Ничего, да.
-Я вас знаю как незабудку.
-Да?
-Да.
-Ну, милый мой, знаешь,
как я витиевато и красиво матерюсь!
Товстоногов.
-Да. Не просто так.
-И он за спиной.
И я такую хрень несу!
-Жену мою не слушайте,
у нее деменция.
Она вообще ничего не понимает.
-Он врет. Я абсолютно здорова.
А вот у него слабое сердце.
-Это из той категории людей, актеров,
о которых я говорю,
что таких больше не делают.
-Только с ним не сюсюкать. Понял?
-А с кем и когда я сюсюкал?
Довольно эксцентричная история,
конечно же.
Просто сама идея, что сына выкрасть,
посадить его дома у них
под домашний арест,
чтобы он не прошел на выборы.
-Будешь еще воровать?!
-Вот я уже мэр целого города!
-Будешь взятки брать?!
-Больно же!
ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ РАЗРЯД
-Но поскольку это
не просто два человека,
которые выкрали мэра-жулика,
а это его родители...
-Как мы могли такое вырастить?
-...класс во всем присутствует.
Вот что можно о ней сказать.
И отношение к работе.
Вся роль переписана в тетрадку.
С пометочками.
Всегда к съемке готова.
-Если мы из тебя человека не сделаем,
хрен ты отсюда выйдешь!
-Психопаты!
-Предложение делает не громко,
не на всю площадку.
Так негромко режиссеру.
-Да что-то на тебя это
не очень похоже.
-Что ты знаешь обо мне -
что на меня похоже, что не похоже?
-От каждой картины остается
какой-то... комок воспоминаний.
Слепившийся.
И вот от этой картины самое главное -
это то человеческое общение,
которое там было,
с Алисой Бруновной в частности.
-Дура я, дура.
Тебя еще втянула в это.
-Когда я читал разные ваши интервью,
с одной стороны, вы пишете,
очень часто говорите:
"Я была некрасивая,
я себя считала некрасивой,
я себя считала некрасивой".
Но дело в том, что есть артисты,
на которых хочется быть похожим.
Вот если бы вы назвали
идеальную актрису внешне,
для вас это какая?
-В красоток я никогда
не была влюблена,
потому что понимала,
что мне далеко, далеко.
-Какая-то же может нравиться?
Вы можете сказать,
что вот эта вам нравится?
-Моей любимой актрисой
всегда была Джульетта Мазина.
-И моей тоже.
-Совсем не красавица.
-А для меня она самая красивая.
-А милая, милая до невозможности,
потому что внутренним светом
окрашена.
Но настоящую правду, искусство...
художник намывает всю жизнь
по крупицам.
-Вы можете замолчать?
Я вас очень прошу,
закончим этот разговор.
Замолчите сейчас же!
-Забился в этот свой драмкружок.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Фильм о любви и о том,
что любви все возрасты покорны.
Даже через ненависть эти люди...
Случилась между ними химия.
Но такова жизнь,
что они находятся
возрастно
слишком далеко друг от друга,
что не мешает им
жить полноценно друг с другом.
Вы до сих пор не поинтересовались
моими делами.
-А я все знаю.
-Да?
Интересно, каким же это образом?
-Телефонным.
Я сама позвонила этому вашему
знаменитому Бирюзову.
-Я с большим интересом смотрел,
как Алиса Бруновна абсолютно жестоко,
смело относится к себе. Она лепила
эту старуху ну просто на моих глазах.
Очень, я бы сказал, не женственно,
что ей не свойственно почти.
-Нельзя так долго жить.
Это большое неудобство для близких.
-Мы с ней много импровизировали.
Там есть сцены,
где практически не было текста.
И в чем выражается эта любовь?
Да говорите мне сейчас все! Ну?
-А... Ты собачий идиот, мальчик.
-В финале фильма,
когда она умирает, все рыдают.
Все, все, хватит Шекспира валять!
Мне не нужно было ничего играть.
Когда я увидел ее лежащую
и, так сказать,
мне нужна там была истерика,
она случилась сама собой,
потому что за это время
мы так притерлись друг к другу...
Ну нельзя так! Ну вы не можете
так просто уйти! Ну нельзя так!
Это не единственный мой
опыт работы с Алисой Бруновной.
Второй был опыт...
Его немного, но он был.
...в фильме "Карп отмороженный".
-Ты что тут делаешь?
Приехал!
-Приехал.
-А мать?
-Олеж, иди ужинать.
-Вот живучая, зараза!
-Когда Алиса Бруновна
должна была играть главную роль,
вдруг она отказывается.
Она говорит: "Нет". -
"Почему нет?" -
"Мне интересно другое".
И тут мы поняли, какой у нее голод,
огромный голод по харАктерным ролям.
По ролям, где она может
себе позволить хулиганить.
И она выбрала
вторую по значимости роль.
-Пошла ты со своей этой...
авто этой.
Я уж шестой год свинью
заколоть не могу, а ты хочешь,
чтобы я подругу того?! Да господи,
как мне жить-то после этого?
-Я думаю, кого равновеликого
к Алисе Бруновне?
Звоним Марине Мстиславовне: "Здрасте!
Вот я собираюсь снимать фильм.
Там будет сниматься
Алиса Бруновна". - "Я согласна".
-Я, Никифорова Елена Михайловна...
обратилась к своей подруге
с просьбой об умерщвлении меня.
-Алиса Бруновна
и Марина Мстиславовна -
они собой символизируют некую эпоху.
-Ну замечательно!
"Лето одного года" -
единственный спектакль,
который остался из нашего списка
с Олегом Валериановичем.
-Я учусь очень многому у нее.
Блистательная актриса,
с которой очень легко на сцене,
потому что она озабочена мной,
а я озабочен ей.
Обычно многие актеры
озабочены самими собой,
как они играют. А артист -
он всегда в партнере.
Он ведет себя так,
заимствуя у партнера то состояние,
в котором партнер находится.
Оно каждый день разное, естественно.
Поэтому с ней очень легко,
ибо она всегда чуть-чуть разная.
Благодаря тому,
что с ней произошло вчера, сегодня,
завтра и так далее.
Она замечательная актриса,
мне с ней очень приятно
и интересно работать.
-Я сейчас впервые почувствовала,
что мы умрем.
-Я всегда это знал.
-Да, это твоя излюбленная тема!
Ты говоришь об этом с первого дня
нашего знакомства.
-Знаете, что очень сложно, Алис?
Одно дело, опять, я вас знаю дома,
другое дело - смотрю в кино.
Когда я понимаю, что это одна вы
играете "Служебный роман"...
..."Похождения зубного врача"
и "Сталкер"...
-Пусти.
-Не пущу!
Ну и катись!
Чтоб ты там сгнил!
Будь проклят день,
когда я тебя встретила, подонок!
Сам Бог тебя таким ребенком проклял!
И меня из-за тебя, подлеца!
Подонок!
РЫДАЕТ
-Она ведь много отказывается
и в театре, и в кино.
Это говорит о ее вкусе
и о ее ответственности.
-Я считаю, что она просто выдающаяся
театральная актриса. Выдающаяся.
-Она, конечно, такое явление
в нашей театральной жизни,
на нашем театральном
и киношном, конечно, небосклоне.
-Я по-прежнему соблюдаю
эту дистанцию, пиетет,
благоговение
перед этой великой женщиной.
-Она абсолютно профессиональный
человек. Талант, красота,
обаяние, шарм.
-У меня такая безупречная репутация,
что меня уже давно
пора скомпрометировать,
как вы считаете, а?
В каждом взрослом персонаже,
несмотря ни на какие драматические
повороты событий, судьбы,
характера и так далее...
Если в нем не присутствует ребенок,
он нам неинтересен, как и по жизни.
Нам неинтересен человек,
в котором не присутствует -
до глубокой старости иногда -
ребенок.
-А как иначе?
Как можно быть артистом,
если не быть ребенком?
-Да, ну...
-Я, например, верю.
-Браво.
-Я...
-Надо быть ребенком
до конца дней своих.
Прекрасный тост.
-Вам понравился?
-Очень.
В моей душе покоя нет -
Весь день я жду кого-то.
Без сна встречаю я рассвет,
И все из-за кого-то.
Со мною нет кого-то.
Ах, где найти кого-то?
Могу весь мир я обойти,
Чтобы найти кого-то,
Могу весь мир я обойти..."

 

////////////////////////////