«Послеобразы» (пол. Powidoki) — польский драматический фильм 2016
года режиссёра Анджея Вайды о польском художнике Владиславе Стржеминском
(1893—1952), преподавателе и сооснователе Высшей государственной школы
пластических искусств в Лодзи
Все фразы и цитаты
ОСТАТОЧНЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ
А вот и наша запоздавшая Варшавянка!
Простите, где я могу найти
профессора Стржеминского?
Профессора Стржеминского...
Вон там!
Он вас видел, сейчас здесь будет.
И как он спустится вниз?
Вот так!
Безумец!
Мой Бог, вы в порядке?
Нет желания помочь калеке?
Извините меня. Я...
Я Владислав Стржеминский и я в порядке.
Добро пожаловать на натурную экскурсию
Лодзинской школы изобразительных искусств.
Я все границы перешла пан профессор.
Знаю пани Ядвига, моя вина.
- Как вас зовут?
- Ханна.
Пани Ханна.
Образ это то что вы впитываете
из этого...
из этого.
Когда мы смотрим на объект, мы
получаем его отражение в нашем глазу.
Когда мы перестаём смотреть на него
и отводим взгляд в сторону
то в глазу остаётся послеобраз объекта.
След объекта той же самой формы,
но противоположный по цвету.
Послеобраз.
Остаточные изображения...
есть цвета внутри глаза
который смотрит на объект.
Потому что человек на самом деле
видит только то, что он осознаёт.
Как он потерял руку и ногу?
Он никогда не рассказывал,
но лучше и не спрашивать.
Декабрь 1948.
Только что завершился первый съезд
Польской объединенной рабочей партии.
И нам необходимо претворить в жизнь
важнейшие решения съезда.
Мы будем бороться за их осуществление
и мобилизуем вокруг них народные массы.
Привести Польшу ближе к социализму
есть священный долг каждого члена партии.
Товарищи, в этом нет сомнения
что для достижения великих
задач поставленных съездом
нам необходимо объединить
широчайшие народные массы.
Да здравствует польский народ.
Да здравствует героический
рабочий класс.
Да здравствует Польская
объединенная рабочая партия.
Смотрите!
Иисус Мария!
Ты что натворил?
Я здесь живу, я художник.
Ты идёшь с нами.
Вставай!
Фамилия.
Стржемински.
- Имя?
- Владислав.
- Дата и место рождения?
- 21 Ноября 1893, Минск.
Советский гражданин.
Гражданин польский.
Профессия?
Живописец.
Художник.
Место работы?
Государственная высшая школа
изобразительных искусств в Лодзи,
преподаватель по истории искусства.
Итак, гражданин Стржемински...
Вам предстоит поездка в службу
безопасности. А оттуда Бог знает куда.
Значит теперь Господь Бог
руководит Службой безопасности?
Доброе утро, профессор.
Прошу ко мне.
Что же...
У нас с вами проблема.
Со мной?
С вами.
Пан профессор, художник.
Вы прекрасно знаете, что страна
движется в новом направлении
а вы противостоите этому.
За такое в царской России вас бы
уже давно отправили в Сибирь.
Но мы так поступать не можем.
К сожалению, нам приходиться
воспитывать.
Я не против вас, просто у меня
другой взгляд на искусство.
Тогда позволите мне зачитать
вам кое-что.
Значит, что у нас здесь имеется?
Что тут у нас есть?
Вот оно.
Граница между политикой и искусством исчезла,
и как оказалось, злодейство обоих есть
монополия одной и той же вредной группы.
Давайте ликвидируем их безжалостно,
не только потому что они захватили
места искусства и прессы,
но прежде всего, потому что они всеми
своими действиями разрушают справедливость,
и как следствие они разрушают не только
искусство, но что превыше всего - человека.
Вот почему художники, поэты и писатели
уже перестали быть просто творцами.
Вы стали, вольно или невольно,
солдатами от политической... да, от
политической части объединенного фронта.
Вы узнаёте это?
Это я написал.
Осенью 1934, я думаю.
Это не о вас, это про Санацию.
Что же, если это было в 1934
несомненно это не о нас.
Хотя мы были тогда в СССР,
это могло быть и о нас.
Пан Стржемински...
У вас есть талант, вы прекрасно
излагаете мысли, я бы лучше не написал.
Почему же вы не хотите
примкнуть к переменам
вместо того чтобы саботировать
нашу идеологическую линию?
В конце концов, вы всегда были в
сердце революции, а что сейчас?
Мистер Стржемински...
Вы не глупы.
И поверьте мне я не дурак тоже.
Вы стоите на перекрёстке
и вы не можете больше на нём находиться.
Какой бы вы путь не выбрали...
этим вы решите свою судьбу.
Владислав Стржеминский и Катаржина
Кобро - художники авангардисты.
В Петербурге, он работал с Малевичем,
выдающимся, всемирно-известным художником,
в Москве, после революции,
он участвовал в выставках.
После возвращения в Польшу, он поселился
в Лодзи, где он, Хенрик Стажевский,
хорошо известный поэт Юлиан Пшибось
и другие сформировали "Р. Х." группу.
что означает - Революционные Художники.
В этом зале вы можете видеть работы
художника в этот период...
Стржемински также спроектировал этот
зал, названный Салон Неопластики.
Здесь вы можете видеть необычные
скульптуры Катаржины Кобро,
создательницы концепции
бесконечного пространства,
прошу отметить связь между этими
скульптурами и современной архитектурой...
Можете рассмотреть их ближе, но
не трогайте экспонаты.
Прошу пройдёмте далее.
Ника!
- Стржемински и Кобро твои родители?
- Да, это мои родители.
Но они не вместе.
- Доброе утро.
- Доброе.
Что это у вас так пусто?
- Сегодня среда.
- Я знаю что среда, что с того?
Все в актовом зале
на лекции профессора Стржемински.
Вам что?
Я ищу деканат.
- Вон туда, направо.
- Спасибо.
Видение это не однократный,
неопределённый, абстрактный акт,
но действие, процесс наблюдения
определённого момента.
У природы есть свои "Центры интересов"
которые привлекают большее внимание.
Мы смотрим на неё когда идём от
одной точки интереса к другой.
Когда мы смотрим на пейзаж Ван Гога, мы
видим одинаковые, повторяющиеся разделы.
Как нам надо смотреть на природу чтобы
видеть её такой как рисовал её Ван Гог?
И смотрел ли он на неё обычным,
естественным, физиологическим взглядом?
Взглядом каким мы пользуемся?
Ответ приходит когда мы обрисуем
взглядами проекции на пейзаже.
Четыре взгляда вдоль горизонта, каждый сосре-
доточен на своём собственном центре интереса.
И на картине появляются
повторяющиеся, идентичные разделы
не потому что "формалист" Ван Гог хотел их
по неизвестным субъективным причинам,
но потому что он тщательно воспроизводил
процесс наблюдения ландшафта
с четырьмя параллельными, последо-
вательно направленными взглядами.
Товарищи, коллеги!
Разрешите напомнить вам что сегодня
мы принимаем министра культуры.
Здесь лекция.
Прошу выйдите и закройте дверь!
После речи товарища министра
будет собрание
и обсуждение вопросов нашей школы
и художественных кружков.
Прошу немедленно прекратить занятия
и подготовить помещение так как через час
мы будем встречать нашего почётного гостя!
Посещение обязательно.
Старосты групп проверят посещаемость.
В этом и есть реализм Ван Гога.
Реализм живого, материального человека,
который видит не в абстракции,
но через живую ткань организма
его физиологического тела.
Не духовное восприятие опыта,
но физиологическое.
Спасибо.
И что привело сюда директора
музея изобразительных искусств?
А что? Вы не знаете?
По средам я слушаю выдающиеся
лекции профессора Стржемински.
Правда я не знаю надолго ли он
останется здесь профессором.
Профессор!
- Варшавянка говорит она умеет печатать.
- Я подрабатывала машинисткой, печатаю 200 слов.
Правда? На что ты ещё способна?
Я могу напечатать "Теорию видения", под
диктовку на это уйдёт несколько дней,
или неделя, если печатать по записям...
- напечатаем пока то что есть...
В ректорате есть старая немецкая машинка,
у них и новая Чешская имеется,
но я не вхож в секретариат...
Я могу. Попробуем поговорить с ними.
Значит мы с Романом пойдём.
Профессор мы можем прийти вечером?
Конечно, прошу всех.
Пан директор, прошу не преувеличивать.
Профессор Стржемински имеет большие
заслуги перед этим городом.
Он создал первый музей современного
искусства в Польше, он же второй в Европе.
- Его позиция неприступна.
- Вы так думаете?
Вы останетесь на собрание с министром?
- Останусь.
- Спасибо большое.
Это очень хорошо, что вы здесь.
Наш долг присутствовать где бы не
решались важные для культуры вопросы.
- Я боюсь нам свяжут руки.
- Смотрите не выступите с чем-то подобным.
Товарищи, сегодня великий день.
Я тепло приветствую нашего
уважаемого министра культуры.
Народ имеет право выставлять
свои требования к художникам
и одно из основных требований, чтобы
глубинные пласты произведения искусства,
его цель, его намерения
отвечали бы народным нуждам,
не воспитывать сомнения, в то
время когда нужен энтузиазм,
вера в победу,
не возвеличивать депрессию,
когда народ хочет жить и работать.
Последующие шаги в партийном
наступлении на творческие кружки
излагаются данными требованиями:
социалистический реализм в искусстве,
борьба с " космополитизмом и
раболепием к западной культуре"
используя достижения Советских
художников и их связей с массами.
Партия будет отстаивать
социалистический реализм
несмотря на то что это может
повлечь некий схематизм,
что нас совсем не должно беспокоить.
Мы должны восстать против формалистич-
ного и циничного искусства без идеологии,
против декадентского капиталистического
искусства и американского космополитизма.
Поэтому я настойчиво повторяю:
Искусство которое провозглашает отсутствие
идеологии есть враг рабочего человека!
Министр, дозвольте сначала поставить
вопрос: Что есть произведение искусства?
Для меня, произведение искусства это
особая форма нежели плоский реализм.
Я всегда говорил
что буду бороться за модель искусства которая
больше всего соответствует данной эпохе,
потому что искусство это
лаборатория форм.
В искусстве, единственно значим тот
кто прокладывает путь к новым формам.
Новое искусство должно требовать уважения не
из-за своей полезности, а из-за превосходства.
Но сейчас я вижу вы стараетесь
размыть границу между искусством
и политикой,
и что ещё хуже это стало
интересом лишь одной группы.
Спасибо.
Ох, сегодня вы совсем припозднились
пан профессор.
Убирайте, убирайте.
- Вот прошу.
- Там деньги за прошлый месяц.
- Приятного аппетита.
- Спасибо.
Есть ли несогласные с утверждением, что
"Стржемински распространяет волнения в школе,
подрывает авторитет других преподава-
телей, и продвигает чистейший формализм
в те времена когда искусство должно
побуждать общество к действию",
прошу поднять руки.
Никто. В таком случае, я выдвигаю предложе-
ние о порицании профессора Стржеминского
и ставлю это на голосование. Кто за?
Я полагаюсь на ваше
обязательство, товарищи.
Я считаю нам надо ещё
время чтобы подумать.
Прошу прощения ректор, но...
как его студент, я знаю сколько он
вкладывает в своих студентов.
Это касается его идеологической позиции.
Наша генеральная линия борьбы
за социалистический реализм
была изложена великими классиками
Марксизма: Лениным и в речах Сталина.
Да, я конечно понимаю это,
но у меня всё ещё есть сомнения.
В этом зале собрались учителя
а также члены партии.
Товарищи, почему бы вам не показать больше
твёрдости в нашем коллективном испытании?
Я бы посоветовал изменить вашу позицию.
Я повторяю голосование.
Кто за?
- Роман!
- Роман ты куда?
Когда несутся вихри штормовые
Ни в чьих сердцах не будет страха
Ведь знаем мы что Сталин... Нет...
Ведь знаем мы что Сталин...
на нас с надеждой взирает
из Кремля.
Ты много куришь.
Рассвет встаёт с его улыбки
и исчезают все заботы
Мы счастливы идти к свершениям великим
Народ,
рабочие и крестьяне.
Пап, мне в школе негде учить это.
Ох, там ещё это.
- Что это?
- Рецепт.
- Для тебя?
- Нет, для мамы.
Деньги в кармане пальто.
Возьми их.
Все?
Пока.
Почему не заходите?
[занятия отменяются]
- Почему отменили мои занятия?
- Насчёт вас получено письмо.
Почему отменены мои занятия?
В соответствии с параграфом 6
трудового договора с персоналом,
я приказываю немедленно прекратить
договор с профессором Стржеминским
начиная с 31 марта 1950 года.
В тоже время профессору Стржеминскому
предоставляется оплачиваемый отпуск
на период до даты окончания договора.
У художников есть отпуск?
Оплачиваемый?
Это решение товарища министра.
Мы бы хотели продолжить
обучение с вами, а не в школе.
Кто выдаст вам документы
если вы оставите школу?
Эта школа хорошее место.
Я был один из её основателей.
То что сейчас происходит
всего лишь ветер истории.
Он успокоиться и пройдёт.
Не наделайте глупостей.
Ладно, но что теперь будет, профессор?
Что? Я не знаю.
Грядут новые времена.
Ничто не будет как прежде.
- До свидания, профессор.
- До свидания.
Он говорит как пророк.
- Так втюрилась, что совсем мира не видишь.
- Как раз он открыл мне глаза на него.
Хания, Хания...
Спокойно, я тебя не потревожу.
Ты много куришь.
Не хочу есть.
Слушай пап!
Это я сделала оладьи.
Не мама.
Как-то зимой она везла тебя на санках.
Ты помнишь это?
Тогда тебе было четыре... нет пять.
Это хорошо что была зима.
Она катила санки по льду.
Ты сидел, а твои костыли
лежали на них.
Потом она так устала, что у неё не
было сил скатиться со мной с горки.
Убери это.
Обычно мама зашивала их тебе.
Кто сейчас?
Что за письмо?
Это?
Мой приговор.
Тебя уволили с работы.
Владислав Стржемински самый важный
польский художник 20-го века.
У вас поэтов есть такая известная
склонность к экстазу и преувеличению.
Ладно, ладно.
После революции
Стржемински работал с Кандинским,
Шагаллом и Малевичем.
Бывшие художники! Для нас,
ренегаты и предатели.
Он лектор, его любят студенты.
Я ценю ваш дружеский жест
по отношению к Стржеминскому
но прошу ответьте мне на один вопрос.
Как творческий работник,
товарищ Пшибось,
на самом деле, вы на чьей стороне?
- Ну, на вашей.
- На "вашей"?
Или "нашей"?
Не забывайте, что в наше время
можно сделать выбор только один раз!
Но для искусства это смерть.
- В искусстве, различные миры должны
сталкиваться. - Мир уже предопределён.
Каждый сражается на идеологическом
фронте. К чему нам нужен Стржемински?
Все эти его "формализмы" и "авангардизмы",
эти "унизмы" и "послеобразы".
Этим социализм не построить.
Вот что...
Вы слишком надолго застряли
нашим послом в Швейцарии.
Я полагаю лучше всего вы
поймёте современный мир,
когда посетите великие выставки
советских художников.
Весьма поучительно.
А вы, пан Стржемински,
знаете,
вам стоило лечь под трамвай!
- Добрый день, профессор.
- Добрый день, профессор.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Профессор, прошу взгляните.
Профессор,
эти наши картины
для субботней выставки в ИМКА.
Единственное место где мы можем
выставляться.
Думаю да...
Но что вы о них думаете?
Каждый выбор хорош
потому что он ваш.
Найти свой путь, не рисовать как
Мондриан, потому что он уже так делал.
Даже сам Мондриан не должен
рисовать как Мондриан.
- Даже не рисовать как Стржемински.
- Даже вы не должны рисовать как Стржемински.
Вот именно!
Профессор, вы были ассистентом Малевича,
Я хочу сказать, ведь он наверно понимал, что
его абстракции могли бы быть непонятными,
непостижимыми для людей.
Малевич замкнул себя в комбинациях
геометрических форм.
Вы можете восхищаться
всеми этими работами,
но только отвергнув их и искать свою
собственную форму выражения.
Но как её найти?
Выбор всегда только за вами.
В искусстве и любви вы можете
дать только то что имеете.
А вот здесь у вас другой ответ:
Мы ожидаем от картин художников
глубочайшего реализма,
показывающими мир революционным
путём, в духе потребностей социализма.
Искусство провозглашающее отсутствие
идеологии или безразличие к социальным вопросам
по своей сути искусство идеологии
которая враждебна прогрессу,
каждому рабочему человеку. Не было и
никогда не будет нейтрального искусства.
Так написали после Польского
фестиваля изобразительных искусств.
Я также привык верить что единственная цель
искусства - служить социальным переменам.
Но это было в 1919.
Я всё ещё верю в революцию.
- Теперь вы уже не сторонник реализма?
- Да...
Я думаю вам надо рисовать в
гармонии с самим собой,
если я не убедил вас, тогда
займитесь чем-то другим.
Нет, нет!
До свидания, профессор!
- Спасибо, до свидания!
- До свидания!
До свидания!
Ханка?
Ты кого-то ждал.
Кого-то ещё...
Твои студенты всё так же приходят?
Приходят.
Ника, поставь их.
Мама сказала они не знают что делают.
Кто?
Те кто уволил тебя.
Помнишь это?
Мама такие шила.
И продавала на рынке.
Взяла её для неё.
Отнесу к ней в больницу.
Для того чтобы она помнила
что бывали времена и похуже.
Октябрьская революция привела
к триумфу социализма.
Показала людям по всему миру, что они
могут освободить себя от эксплуататоров
и построить новую жизнь обеспечив
полноценное развитие человека.
Садитесь!
Ника Стржемински.
Идём со мной.
На похоронах матери и в красном пальто!
А у меня другого нет.
Всё, хватит!
В машину.
Этого можно было бы ожидать.
Что вы здесь делаете?
Меня расквартировали в это
помещение.
А я? Что мне теперь делать?
Ты не сирота, так? Есть отец.
К тому же ты уже жила на Королевской,
в детдоме.
Это работы знаменитого скульптора,
Катаржины Кобро,
моей мамы.
Я их заберу завтра.
Прошу не разбейте.
Это то как видят дети.
Моя дочь нарисовала когда её шесть было.
Это контурное видение.
Каждый видит по разному.
Предназначение искусства диктовать
свои права на реальность.
Только сейчас нам другие диктуют.
Я напечатаю это.
Если это не доставит неприятностей.
Значит, профессор вы уже знаете?
О чём?
Ваша "Теория видения"
запрещена в школе.
Да, ректор делает всё чтобы
от вас и следа не осталось!
Я не хочу чтобы вы так рисковали.
Вас могут исключить.
Пан профессор!
Что случилось?
Когда?
Позавчера.
- Почему я об этом не знал?
- Она не хотела тебя на похоронах.
Жаль.
Я бы положил на могилу голубые цветы.
Голубые?
Почему такого цвета?
У неё были такие же голубые глаза.
Красивые.
У тебя такие же.
Я могу остаться?
После освобождения, она купила её на
Зелёном рынке за 60 злотых.
Помнишь.
Она окрестила тебя в церкви.
Я не виновата.
Ты потом крестил меня в костёле.
Так чья же я теперь получается?
Пан директор, можно начинать?
Да, можно.
Прошу всех покинуть помещение.
Но почему, я только пришла?
- Таковы указания. Прошу выйдите.
- Но кто так делает?
Прошу делайте как я сказала.
Заходите.
Торопитесь, быстрей, быстрей!
Вы знаете что делать.
Вот сюда, быстрее.
Пан директор, что происходит?
Простите пани Роза, но таковы указания.
Немедленно ликвидировать
салон неопластики!
Пришли новые времена.
Пан профессор, вы меня помните?
Роза Зальцман, правильно?
Значит вы помните!
Вы же были моей студенткой.
Пан профессор, я...
Я уезжаю навсегда.
В Израиль.
Если бы вы могли доверить мне
хоть несколько...
У вас остались те коллажи
"Моим еврейским друзьям"?
Профессор, я только что
из музея искусств,
хотела попрощаться с вашими
работами, но не смогла.
Вы знаете что там твориться?
Они уничтожили салон неопластики.
Я это видела своими глазами.
Пан профессор...
То что вы создали необходимо
сохранить...
Тогда мир сможет это увидеть...
[Объединение Польских
Художников и Декораторов - Лодзь]
Здравствуйте пан профессор.
День добрый.
Я пришёл за авансом и
талонами на питание.
Добрый день пан профессор.
Какой аванс?
Вот проектная документация
одобренная заказчиком.
Это барельеф для кафе "Экзотика".
Профессор, на вас не выписано
никакого аванса,
так как комиссия ещё не
утвердила ваш проект.
Разрешите ваше членское удостоверение.
Профессор, оно недействительно,
не проштамповано.
Вы незаконно использовали
просроченное удостоверение
Я был членом со дня основания.
Я плачу членские взносы.
Председатель?
Председателя сегодня нет.
Пан профессор, в январе вас
исключили из объединения.
Мы отправили вам письмо об
этом решении. Вы его получили?
Теперь с этими взносами
будут проблемы.
Для их возврата вам надо написать
запрос на имя председателя.
Не хотите взглянуть на
образец запроса?
Пан профессор?
Прошу.
Профессор, кушайте, а то опять остынет...
Кто-то направил по вашу душу
комиссию из Союза.
Они начали допрос о вашей работе.
Но мы обоснуем им ваши мотивы.
Она показывает годы
колониального ига.
- Я дал ей такое название.
- Конрад надеется это их убедит.
- Зачем вы здесь?
- Дайте пройти.
Что здесь происходит?
И что вы делаете?!
Как комиссия Союза художников мы пришли
к выводу ликвидировать вашу работу.
Вот послушайте, гражданин Стржемински.
Перестаньте!
Протокол осмотра о принятии декорации
для кафе "Экзотика" в Лодзи.
Товарищи, не ломайте её.
Я закрою занавеской.
Уйдите отсюда.
декорации для кафе "Экзотика"
в Лодзи на улице Пиотковска.
- Товарищи, это же произведение искусства.
- Я сказал, убирайся отсюда.
Комиссия в составе Ежи Григель,
Ромуальд Яцковски,
Ежи Мазурчик, Игнацы Гутман
постановило следующее:
После осмотра объектов помещения
кафе "Экзотика",
комиссия не приняла декорацию
выполненную как полихромная облицовка.
Рекомендуется устранить барельеф
под наблюдением представителей
Регионального совета Объединения польских
художников и декораторов в Лодзи.
По мнению надзорной комиссии,
характер украшения кафе
противоречит существующим
принципам в искусстве
основанным на социалистическом
реализме. Подписи...
Что за вздор! Я назвал этот проект
"Колониальная эксплуатация".
Это подлинные произведения
африканского искусства...
- Поэтому кафе и называется "Экзотика".
- Английская книга, да?
Империалистам такое понравиться...
Пан профессор, вы не согласны с надзорной
комиссией, которая состоит из ваших коллег.
На чьей вы стороне, в таком случае?
На своей.
На своей.
Продолжайте.
Назад за работу!
Я получила пятёрку.
По польскому.
Единственная в классе.
Заварю свежего.
Я принесла пачку бумаги.
Кофе.
Я также и это купила по дороге.
Папа , ты много куришь.
Опять отрывается.
Ты не знаешь где ножницы?
Где икона?
В ящике.
Я вернусь в женское общежитие,
оттуда ближе к школе.
Здесь для меня нет места.
У неё будет трудная жизнь.
Контрасты цветов, контрасты текстур,
столкновение форм,
приносят время в область образа.
Помедленней, пан профессор.
В каждой композиции,
в каждой части, имеется
осознанность целого.
... имеется осознанность...
Войдите.
Юлиан!
Заходи!
Извини, на сегодня всё.
- Это знаменитый поэт?
- Да.
Приятно познакомиться.
Ханна Боровска.
Юлиан.
- Разрешите поухаживать.
- Спасибо большое.
Прости. Но кофе у меня кончилось.
Владислав...
Прошу.
Я знаю как много кофе тебе надо.
Почему бы мне не сварить кофе?
Спасибо.
У тебя есть преданные студенты,
которые тебя не забывают.
Молодежь всегда против
существующих порядков.
Владислав...
Скажу это с завистью.
Хотя, за все эти годы
твоё искусство изменилось,
сам ты, остался самим собой.
Я пишу свои стихи в подпол, такое не
напечатают, "слишком туманно".
Они восхваляют посредственность.
Но молчат о настоящих творцах.
Я говорил об этом с Милошем.
Он тоже считает, что художнику который не
может говорить в полный голос следует молчать.
- В эфире "Волна 49"!
- Художника можно убить двумя путями:
или трындеть о них постоянно
либо вообще молчать.
Партия стала той силой
что вывела нашу страну из разрухи
и экономической отсталости.
Она есть становой хребет и мозг нации.
У партии была такая сила к таким
коренным переменам в Польше
только потому что она выразитель
и организатор...
- Кофе.
- чистейших устремлений миллионов.
- До свидания.
- До свидания.
Это показывает
растущее уважение к партии
среди беспартийных и даже среди людей...
- Давай выпьем.
...думающих иначе.
Как в старые дни, когда нам
не надо было шептаться.
Многие поляки может никогда и
не учили работы марксистов.
Но теперь всем поголовно известно,
что то что партия обещает
она всегда выполняет
и то к чему стремиться партия
есть единственно верно.
- Профессор...
- Добрый день.
Профессор, Роману можно подняться?
Роману?
Он ждёт внизу вашего разрешения.
Чувствует себя предателем.
- Его выкинули из партии, из школы.
- За что?
Он написал, что его отец был уборщик,
а на самом деле он был наместником.
До кучи и пропажу печатной
машинки добавили.
- Вы её не вернули?
- Вернули, но вы знаете как это бывает.
Здравствуйте, пан профессор.
У нас хорошие новости.
Для вас есть работа.
В школе?
В кооперативе ПСС.
- Но почему там?
- Потому что им нужны оформители.
Куда не пойти все знают...
чёрт!
Знают, что у них с вами могут быть
проблемы. Но там ваше имя ничего не значит.
Я не имел ввиду... это...
Хорошо, я попробую.
Как мы и договаривались.
Городской комитет вынуждает нас
нанимать ветеранов, а инвалидов ещё лучше.
- Власти продвигают гуманизм.
- Ну тогда он идеально подходит.
У него нет ни руки ни ноги, но
он легко орудует кистью.
И он лучший в своём деле.
Точно.
Где вы потеряли ногу и руку?
На войне?
Да.
Но ещё на первой.
Присаживайтесь.
Как вы будете это делать?
Только одной рукой?
Я могу показать мои работы.
Роман за вас поручился.
Он сказал у вас есть некоторые
идеи насчёт этой работе...
Именно так.
Что же, я не знаю...
- Что вы не знаете?
- Кажется вы идеально подходите...
- Вот именно.
Только... что если...
Но что если...
Инвалида труднее уволить...
Заполните это.
В бухгалтерии можете взять
талоны на еду и аванс.
Только не околачивайтесь у конторы...
Искусство не может быть украшательством.
Искусство подразумевает открытие.
Процесс восприятия искусства это про-
цесс накопления визуального осознания.
Человек на самом деле видит
только то, что он осознаёт,
но визуальная осознанность не
развивается сама по себе автоматически.
У нас это есть?
- виденья...
- Да.
Мы не получаем наше виденье полностью
сформированным и неизменным.
Постой, подожди!
Вот здесь.
Наш глаз сформировался в результате
длинной биологической эволюции,
от низших по качеству форм
до современного.
Простите.
Где я могу найти пана Стржеминского?
- А он кто? Кем работает?
- Он артист.
- Здесь тебе не цирк, артистов нету.
- Он художник.
Вон там, в студии.
Как ты меня нашла?
Пани Ханка мне сказала.
У неё есть ключи?
Для чего?
Студенты работают там над моей книгой.
Ты меня подождёшь?
- Откуда у тебя это?
- Нам выдали в интернате...
Я должна надеть на демонстрацию.
Но потом надо будет сдать назад.
Я пойду на праздник...
Ты знаешь, пап, я буду нести знамя.
Ты идёшь?
Вот так красная Лодзь празднует
Первомай.
Рука к руке,
ряд за рядом, более 300 тысяч
заводских рабочих и учащихся,
с гордостью выполняют свои
первомайские обязанности.
Мужчины и женщины с
текстильных фабрик,
железнодорожники,
спортсмены,
крестьяне из всех регионов
так же как учёные и художники,
городские чиновники, врачи, учителя,
все вместе показывают свою готовность
бороться за мир и процветание.
Над их головами, красные флаги
а так же и красно-белые.
На них смотрят с портретов Дзержинский,
Мархлевский, Каспшак, Варынский,
ихние великие предшественники в
борьбе за социальное освобождение.
Пан Стржемински...
- Стржемински.
- Вас вызывают в отдел кадров.
Вынуждена вас уволить, ведь мы без
документов взяли вас на эту работу?
Да...
Прошу, присаживайтесь.
Вы не виноваты. Неважно...
Можно спросить почему?
Я сделал что-то не так?
Нет, вы не сделали ничего плохого...
Наоборот, вы лучший
работник в студии.
У нас тут дрались за ваши работы.
Железнодорожники хотели
забрать вас к себе насовсем.
Но к сожалению, мы получили
анонимное письмо,
что у вас нет документов
для работы художником.
Мы проверили в Объединении польских
художников и декораторов.
И в самом деле, ваши права
были аннулированы.
Теперь это наша обязанность.
Прошу вас.
Деньги не важно, но я не смогу
получать продуктовые карточки.
Вы разве не знаете?
При коммунизме,
кто не работает тот не ест...
Касательно тех работ что вы не доделали...
Я разберусь.
Лично я восхищаюсь вашей работой.
Этот салон Неопластики...
А вы на самом деле знакомы
с Марком Шагаллом?
Пойду в студию за своими вещами.
Я подожду тебя здесь.
- День добрый.
- День добрый.
Можно масляных красок и темперы?
Один момент.
Масляные по 80.
Нет, тогда темперу, пожалуйста.
Темпера у нас по 12.
Но есть и по 8.
Тех которые по 8,
мне пожалуйста жжёной сиены,
охра яркая, охра золотая,
Парижская синяя,
и белила титановые?
Ясно.
Парижская синяя...
Можно посмотреть на ваше удостоверение?
У меня нет.
Тогда я не смогу продать вам красок.
Совсем с ума сошли? Я здесь
годами закупаюсь!
Пан, это магазин для художников,
а у вас нет такого удостоверения.
Вот ещё на кино осталось.
Мы сделали плохой выбор.
Зачем мы ушли до начала фильма.
Тебе же нравилось кино.
Тебе нужны новые туфли.
- Я дам тебе деньги.
- Не нужно.
Нам выдадут новые туфли в интернате.
Они обещали.
Пан...
Вам не надо стоять в очереди.
А вам что?
100 грамм этого.
А талоны?
- Нету...
- Следующий!
- Я уже полгода без работы...
- Следующий!
Слушаю?
- Потроха остались?
- Да.
200 грамм.
Можно?
- Уже почти полночь...
- Время заговорщиков.
Заходи...
Ты уезжаешь?
А не пришло в голову, что может
я въезжаю, профессор?
На мгновение...
- Это было бы так странно?
- Абсурдно.
- Значит вы её не вернули?
- Нет.
Но почему, Бога ради? Романа
за это отчислили из школы.
Также и из партии исключили как
сына довоенного управленца.
По факту, как мой
сообщник он знал обо всём.
Как хорошо, что он оказаться прилич-
ным человеком, а не красным засранцем.
Но зачем?
Потому что он уважает и восхищается
вами больше всего на свете
а я должна завершить работу
вашей жизни.
Я полюбила вас с того момента
как увидела вас на том поле.
Что же...
А я уж думал что хуже
быть уже не может.
Итак пан Стржемински?
Мы снова встретились.
Вы меня сюда вызвали.
Пан Стржемински...
мы как-то условились, что
вы стоите на перекрёстке
и что вы не можете больше на
нём находиться.
Мы арестовали вашу студентку.
У неё была пишущая машинка которой также
печатали анти-правительственные листовки.
Уверяю вас у нас есть способы
заставить её всё рассказать.
Вы можете ей помочь,
а я могу помочь вам.
Я предоставлю вам
студию в школе,
условия для творческой работы,
выставки и публикации.
Существование.
Вы сможете позаботиться о вашей дочери.
А что у вас есть нам предложить...
что есть?
Я не знаю...
Вместе с двумя месяцами, что
вы задолжали,
всё вместе будет 1,400.
Я извиняюсь, но у меня
сейчас вообще нет...
Когда заплатите, тогда и поговорим.
Я деньгами не сру, пан.
Приятель перебрал малость.
Пан?
Вы в порядке?
Вам нужна помощь?
Пан?
Я вызову скорую!
- Где телефон?
- Там.
Простите, нужно вызвать скорую.
Пожалуйста.
В вытрезвитель?
В больницу, это серьёзно.
Не забудьте костыли!
Юлиан...
Мои дни сочтены. Я умираю.
Мне бы ещё несколько месяцев,
завершить "Теорию виденья"...
Пару недель...
Чтобы я мог оставить что-то
после себя...
Как хорошо, что ты здесь...
Покажи мне свои туфли. Покажи.
Первая.
Вторая.
Они не протекают?
Когда он увидел эти туфли,
- он так обрадовался!
- Мне подруга дала их на время.
и платье.
Чтобы он не переживал за меня...
Только пан, не говорите ему.
Доктор!
У меня есть Римифон.
Откуда вы его взяли?
- Здесь такого не найти...
- Я бываю в Швейцарии.
Мы его используем...
только...
Боюсь, что уже слишком поздно...
Простите.
Что вы делаете?
- Вам надо лежать...
- Нет.
Не сейчас... Ещё нет.
Пан профессор, у вас прогрессирующий
туберкулёз. Это не шутки.
Мне надо сделать кое-что важное...
Переезжай ко мне.
От тебя слишком далеко.
С Королевской к школе ближе.
Ко мне больше никто не приходит.
Те 67 картин которые ты дал мне
для первой выставки в 1945
здесь в хранилище.
Я и эти тоже сюда положу.
Они будут в безопасности.
Безопасно, только никто их здесь не увидит...
Пан директор, я согласен на любую работу...
Нам надо жить как-то...
Пан Владислав, я знаю вашу
ситуацию, но...
Я не могу.
Я бы с радостью, но не могу...
Прошу поверь, просто не могу.
Добрый день.
- И кого ты сюда привёл?
- Прошу вас.
Он для такого не годен!
- Мадам, он специалист.
- Специалист!
- Без руки, без ноги, специалист!
- Прошу пани!
Специалист! По хромоте может быть!
26 Декабря 1952
Что?
Могу я здесь побыть немного?
В чём дело, детка?
На этой кровати умер мой отец.
Его звали Владислав Стржемински.
Конечно.