«Послушница» — американский драматический фильм режиссёра Маргарет
Беттс. Главные роли исполнили Маргарет Куэлли, Мелисса Лео, Морган
Сэйлор, Дианна Агрон, Джулианна Николсон, Лиана Либерато, Денис О’Хэр и
Мэдди Хассон. Мировая премьера состоялась на Кинофестивале Сандэнс 20
января 2017 года.
Все фразы и цитаты
В 1959 году папа Иоанн xxiii
созвал Второй Ватиканский собор.
Католическая церковь не созывала
вселенский собор
около ста лет.
За период между 1962 и 1965 гг.
Собор, также называемый Ватикан ii,
издал 16 документов.
Целью этих документов была
широкая модернизация церкви
с целью создания более открытого
и дружественного образа.
Столько людей хотят любви,
которая ничего от них не просит,
ради которой они не должны идти
ни на какие жертвы.
Я этого не хочу.
Я хочу идеальной любви,
которой я должна всё отдать.
Послушница
Где ты?
Где ты?
Зачем ты это делаешь?
Во имя Отца...
Благословим Господа
Благословим Господа
Дорогой Христос.
Мне было 17 лет,
когда я пришла в монастырь,
18, когда я стала послушницей.
Я знаю, многие люди,
возможно, никогда не поймут...
Никогда не поймут,
как кто-то настолько молодой,
у кого вся жизнь впереди,
захочет всё отдать Богу.
Они думают о монашках
и представляют себе старух.
Женщин, которые не могли
найти себе мужей
или по какой-то причине
просто не могли
реализовать себя в миру.
Поэтому они пошли в монастырь,
чтобы сбежать от всего этого.
Но они не понимают,
что кроме всего прочего...
Мы были влюблены.
Ты всё, чего я всегда хотела.
10 годами ранее
Ты готова?
Хорошо, выходи давай.
Моя прическа в порядке?
Доброе утро, отец.
Нора Харрис? Поверить не могу. Это ты?
Привет, Роб, конечно, это я. Как дела?
Хорошо. Очень хорошо.
Минутку. Не говорите мне. Это Кэтлин?
Конечно же.
Сложно поверить, как она выросла.
Господи боже мой.
Привет, красавица. Как дела?
Знаешь, нельзя так быстро расти.
Скоро ты станешь выше меня.
Знаешь, Нора, я немного удивлен
увидеть тебя здесь.
Я тебя знаю всю жизнь,
и, кажется, ты и близко не была
на воскресной мессе.
Ну, не надейся.
Я сюда не за спасением пришла.
Я просто подумала,
что пора Кэтлин узнать,
что такое религия.
- Или чем она должна быть.
- Да.
И еще нам немного скучно, да?
Ну, я не против. Я рад, что вы пришли.
- Давайте найдем вам место.
- Хорошо.
Заходите. Вот два места впереди.
Благословен Бог Отец.
Хотя вы Его не видите,
вы Его всё равно любите.
И хотя вы Его не знаете,
вы в Него всё равно верите.
Вы чувствуете его присутствие вокруг,
не зная Его имени,
и приходите в неописуемый восторг.
Потому что мы точно знаем,
что любовь Бога безусловна.
Положи салфетку на колени.
Спасибо.
Тебе сегодня понравилось в церкви?
Да, понравилось.
Да?
Что тебе больше всего понравилось?
Не знаю.
Мне показалось, что там спокойно.
"Спокойно", да?
Да, думаю, спокойно.
Повтори, что это была за церковь?
Это католическая церковь.
Мы католики?
Нет, мы никто.
Вообще-то я не верю в религию.
Я считаю ее пустой тратой времени.
Но когда ты подрастешь,
сможешь решить сама.
Кажется, папа вернулся.
Привет, детка.
Как там папина дочка?
Чем ты сегодня занималась?
Как прошел твой день?
Папа, где ты был?
Мы тебя так долго ждали.
Да, это хороший вопрос, Чак.
Где ты был?
Меня не было. Вот и всё.
Ясно. А мы тебя целый день ждали.
Ты что, никогда не слышал
про телефон или...
Да ладно тебе, Нора.
Конечно, я слышал про телефон.
Это хорошо.
Ты слышал про телефон. Как мило.
Чего ты от меня хочешь, Нора?
Ты хочешь от меня услышать
что-то конкретное?
Я не знаю, Чак.
Может, я хочу,
чтобы ты иногда побыл мужчиной.
Побудь отцом для разнообразия,
черт тебя побери,
может, научись чем-то жертвовать.
Оставь меня в покое, ладно?
Ты это серьезно?
Ты хочешь, чтобы я оставила эту тему,
Чак? Ты этого хочешь?
- Да!
- Пошел ты!
Я пошел? Пошла ты, Нора!
Да пошло оно всё!
Мне это всё надоело.
Прости, что я не могу быть
тем человеком, который тебе нужен.
Нет, ты не можешь быть
тем человеком, который мне нужен.
- Ты полная противоположность.
- Ладно, хорошо.
Меня не было. Вот и всё!
Если тебя это не устраивает, я ухожу!
Куда это ты уходишь, Чак?
Ты не можешь уйти!
У тебя теперь есть дочь! Слышишь?
- Если ты уходишь, так убирайся!
- Да пошла ты!
Дорогая, возьмешь это?
Держишь?
Извините.
Могу я вам чем-то помочь?
Да. Вы миссис Харрис?
- Да.
- Я сестра Глория.
Это сестра Элеанор.
Мы из школы Матери Божьей Скорбящей,
приходской школы в конце улицы.
Мы гордимся тем,
что сами монахини, сестры вроде нас,
построили католическую
систему образования в этой стране
по кирпичику.
Кстати, у вас такая милая дочка.
Можно спросить, сколько ей лет?
Кэтлин 12.
Послушайте, спасибо, что зашли,
но, честно говоря,
мы не настолько религиозны.
То есть по возможности мы ходим
в церковь, как и все люди.
Но мой муж, отец Кэтлин,
некоторое время назад нас бросил,
так что зарабатываю на жизнь только я.
Жаль это слышать, миссис Харрис.
Бог вас поддерживает,
чтобы вы были сильной.
Но знайте одно -
наши двери открыты для всех,
как практикующих,
так и не практикующих.
Наша главная цель -
дать исключительное образование.
А сколько это стоит? Я не знаю,
сможем ли мы это себе позволить.
В этом-то и дело.
Сейчас мы предлагаем полную стипендию
тем, кто первый обратится.
Тихо, девочки.
Тишина.
Сколько человек из присутствующих
здесь крещены в католической церкви?
Не волнуйтесь, я не осуждаю ничье
происхождение или веру.
Нет, я задаю этот вопрос,
потому что хочу понять, знаете ли вы,
в чём разница между
католической религией
и всеми остальными религиями.
Например, протестантизмом,
баптизмом, иудаизмом?
Любовь
и жертвенность.
Любовь и жертвенность.
Потому что одно я знаю точно,
не может быть любви
без жертвенности.
школа скорбящей божией матери
Привет.
Почему ты сидишь одна?
Не хочешь присоединиться к остальным?
Они все говорят о своих парнях.
У меня нет парня.
Правда?
У меня тоже.
Говорят, их сильно переоценивают.
Можно к тебе присоединиться?
Кстати, я сестра Маргарет.
Ты Кэтлин, да?
Ты еще не была у меня
на занятиях, но я тебя заметила,
потому что ты такая
же застенчивая, как и я.
Кажется, ты любишь
часто быть наедине и много думать?
Кажется, да.
Я тоже люблю часто
бывать наедине с собой и много думать.
Правда?
О чём вы любите думать?
В основном о Боге.
Хочешь, я тебе кое-что покажу?
Видишь этот огонек?
Это Его свет.
А статуэтка сбоку -
это Спаситель Иисус Христос.
Хочешь присесть на секунду?
Давай.
Если человек любит быть один,
это не значит,
что он не ищет понимания.
Вы правда думаете,
что Бог и Иисус настоящие.
Конечно. Еще как.
Я же за ними замужем, глупышка.
Разве ты не знала?
Все монахини - невесты Христовы.
Но почему?
Думаю, вы могли бы выйти замуж
за кого угодно.
Ну, я... Я в этом не уверена.
И в любом случае,
я сомневаюсь, что другие отношения
приносили бы такое удовлетворение.
Мне пора. У меня занятие.
Ты идешь?
Думаю, я останусь здесь ненадолго,
если вы не против, сестра.
Конечно.
Спокойной ночи, Кэтлин.
Спокойной ночи, мисс Уильямс.
Привет.
Кто это?
Просто мой друг, вот и всё.
Еще один?
А зачем ты вообще так рано встала?
Я поставила будильник,
чтобы сходить к мессе перед школой.
Ладно.
Тебя подвезти?
Не надо.
Кэтлин?
Ты же не ударилась
в религию и всё такое, да?
Что ты имеешь в виду?
Я имею в виду, что жизнь не состоит
только из Бога, церкви и молитв.
Ты серьезно, Кэтлин?
Честно говоря, я даже не представляла
себе, что ты об этом думаешь.
Я хочу посвятить жизнь Богу.
Ты такая страстная девочка.
В этом возрасте я была такой же.
Я думаю, ты приняла
правильное решение.
Монахиня? О чём ты говоришь?
Это полная хрень, Кэтлин.
Я знала, что ты не поймешь,
но ты и не должна понимать. Я не...
Не то что я не понимаю,
просто это самая дурацкая идея,
что я в жизни слышала!
Ты проведешь жизнь зря
в каком-то монастыре...
Но я не проведу жизнь зря.
Не понимаю,
как ты можешь такое говорить...
Ты совершенно точно
проведешь жизнь зря!
Я этого не понимаю.
Думаешь, я этого хотела?
Думаешь, я хотела
стать матерью-одиночкой?
Но дело не в этом.
Ты тут совершенно ни при чём.
А в чём тогда?
- Я влюблена, мама!
- Влюблена в кого?
Что?
В Бога?
О Господи, это безумие!
Это полная хрень!
Это даже нелогично: "Влюблена в Бога".
Я не знаю, как это объяснить,
но у меня есть призвание,
и я собираюсь стать монахиней.
И ты не можешь сказать ничего такого,
что заставит меня передумать.
Кэтлин.
Ты 17-летняя девочка.
Ты ничего не знаешь о религии.
И ты уж точно ни хрена
не знаешь о любви.
Где ты?
Это неправильно.
Это несправедливо.
Кто-то отдает тебе всю жизнь...
Где ты?
Добрый день всем вам.
Меня зовут мать-настоятельница
Мари Сен-Клер.
Называйте меня "мать-настоятельница"
или просто "матушка", если хотите.
Я игуменья, или аббатиса,
ордена Сестер Возлюбленной Розы.
Я сама состояла
в ордене Розы сорок лет.
То есть около 40 лет назад
я впервые вошла в эти ворота
в качестве постулантки
так же, как и все вы.
И сейчас, 40 лет спустя,
я ни разу не выходила за эти ворота.
Поэтому все вы
можете считать меня
голосом Божьим здесь.
В смысле, раз Бог,
к сожалению, не может
управлять этим монастырем лично,
мой голос будет его заменять.
И знайте, что когда я говорю,
я исполняю Его волю.
В ближайшие два года
я лично буду отделять зерна от плевел
и решать, кому здесь место,
а кто из вас
просто жертва детских фантазий.
Потому что в этом монастыре
Бог для нас не фантазия.
Не фантазия, не мечта,
и, конечно же,
не ваш невидимый лучший друг.
Наоборот, Бог - это работа.
Тяжелая работа.
Работа в проявлении любви
особенного вида,
которой вас будут обучать.
Следующие шесть месяцев
вы будете постулантками.
После этого те, кто справятся,
примут первые клятвы
и начнут новициат.
У нас такое правило -
не обсуждать новициат,
пока сами через него не пройдем.
Поэтому вы должны подождать.
И, наконец, я хочу поговорить
о молчании.
Мы соблюдаем здесь два вида молчания -
обычное молчание и великое молчание.
Во время обычного молчания
если вы считаете необходимым
заговорить, это разрешается.
Но когда вы услышите колокол в 21.00,
знаменующий начало великого молчания,
это значит, говорить нельзя.
Вопросы есть?
Опустите руку, сестра.
У постуланток не бывает вопросов.
Вы свободны, можете идти домой.
Доброе утро, матушка.
Слава Иисусу Христу.
Во веки веков, аминь.
- Слава Иисусу Христу.
- Во веки веков. Аминь.
Доброе утро, матушка.
Слава Иисусу Христу.
Любите его всецело, ведь Он
всецело отдал себя за вашу любовь.
Он, Христос, сияние вечной славы,
свет вечного огня
и неомрачаемое зеркало.
У меня пока не было возможности
официально представиться.
Я сестра Мэри Грейс.
Я буду руководить вашей постулантурой
следующие шесть месяцев,
возможно, затем и вашим новициатом.
Это сестра Анна.
Сестра Кэтрин, Кейт.
Обе монахини,
они недавно приняли вечные обеты.
Мы ими очень гордимся.
Наша задача - помочь вам
приспособиться к нашему образу жизни.
Я уверена, что поначалу
вам будет не по себе.
Это нормально.
Помнится, когда я впервые пришла сюда,
всё казалось таким странным.
Я не знала,
смогу ли я стать монахиней.
Пожалуйста, не волнуйтесь об этом.
Я уверена, у вас всё будет отлично.
Теперь поговорим о распорядке дня.
У постуланток один и тот же режим
каждый день.
Самое важное - слушать колокол.
Почти всё, что мы делаем,
начинается с колокола.
Первый колокол звонит
каждое утро в 5.00.
Он указывает,
что пришло время вставать
и готовиться к утренней мессе.
Месса начинается,
когда приезжает отец Лука.
Отец Лука всегда стоит к нам спиной
и всегда читает литургию на латыни.
Иногда уследить бывает сложно.
После утренних работ
вы услышите третий колокол.
Он указывает на то,
что великое молчание окончено.
Доброе утро, матушка.
Слава Иисусу Христу.
Во веки веков. Аминь.
Доброе утро, матушка.
Слава Иисусу Христу.
Как вы, наверное, заметили, все наши
приемы пищи начинаются с чтения.
Хотя великое молчание и окончено,
старайтесь говорить как можно меньше.
Иногда вы будете видеть послушниц,
отбывающих наказание в трапезной.
Лучше не обращайте на них внимания,
пока вы сами не вступили в новициат.
Каждый день после колокола в 15.00
у нас будут занятия.
Возможно, вы помните,
мать-настоятельница объяснила вам,
что во время великого
молчания говорить нельзя,
поэтому давайте потренируемся
в языке знаков.
Медленно, это значит: "Какая...
Работа...
Сейчас?"
Извините, что перебила, матушка,
но вам пришло еще одно письмо
из архидиецеза.
Что?
Это не может быть всерьез.
Спасибо, сестра.
Чего они от нас хотят?
Моя мать говорила, что по меньшей мере
одним ребенком надо пожертвовать.
И хотя семья у нас большая,
я единственная девочка,
у меня есть пять братьев,
поэтому было вполне очевидно,
кто должен стать монахиней.
Хотя, честно говоря,
я очень рада быть здесь.
И я знаю, что это сложно,
но я жду не дождусь,
когда мы попадем в новициат
и будем носить белые клобуки.
Кто следующий?
Ну, у меня есть две кузины,
а еще тетка и старшая сестра,
которые стали монахинями.
Можно сказать, это у меня в крови.
Кто знает, возможно,
я однажды умру молодой и стану святой.
Спасибо, сестра Эмили.
Сестра Кэтлин,
ты всегда хотела быть монахиней?
Нет, на самом деле,
я не была воцерковлена, так что...
Что значит, ты не была воцерковлена?
Разве ты не католичка?
Думаю, я не совсем такая католичка,
как вы.
А что вообще ты здесь делаешь?
В смысле, разве это разрешено?
Сестра Кэндис, пожалуйста. Девочки.
Я училась в католической школе.
Там я и узнала о сестрах.
Я просто подумала,
что это чудесная мысль -
посвятить всю жизнь любви.
Расскажите мне о новых постулантках.
Я впечатлена ими как группой.
Они полны энергии и энтузиазма,
очень страстно ищут
собственных отношений с Христом.
Что вы читаете?
Это о Ватикане II.
Ватикане - что?
Насколько я могу понять,
наш Папа вдруг решил
стать кем-то вроде реформатора.
Что именно это значит?
Это значит, что он созвал
какой-то смешной новый совет в Риме
поговорить об изменениях в церкви.
Но это же хорошо, да?
Церковь не пересматривала
свою деятельность более ста лет.
Возможно, изменения...
Вы думаете, церкви нужны изменения?
Вы во мне сомневаетесь?
Я считаю, что в церкви
всё и так отлично.
О каких же реформах они говорят?
- Можно посмотреть?
- Это неважно.
Это всё скоро рассосется.
Не берите в голову.
А теперь внимание.
Я покажу вам, как мы ходим.
Это называется "контроль над глазами".
Спрячьте руки в рукава вот так.
Ходите всегда спокойно,
с достоинством, никогда не торопитесь.
И самое важное -
держите глаза опущенными.
Обязательно всегда смотрите
на пол перед собой.
Почему?
Простите?
Почему мы должны так ходить?
То есть, что если мы не видим,
куда идем?
Вообще-то вы не должны
задавать вопросов,
но это часть нашей дисциплины.
Мы опускаем глаза,
чтобы не допустить, чтобы что-то
отвлекало нас от Господа.
Что-то смешное, сестры?
Вы двое, идите сюда.
Подойдите.
Станьте лицом к лицу.
А теперь посмотрите
друг другу в глаза.
- Что сейчас произошло?
- Я начала думать о ней.
Да, я тоже начала думать о ней.
Именно. Мы не должны
думать друг о друге.
Потому что мы здесь
не ради друг друга, а ради Господа.
Вперед, сестры.
Я люблю тебя, Боже.
Спасибо, что позволил мне быть здесь.
Спасибо, что позволил мне
любить тебя вот так.
Спасибо, что позволил мне чувствовать,
что ты ко мне так близко.
Спасибо тебе.
Я люблю тебя, Боже.
Я так тебя люблю.
Я тебя впервые вижу в твоем одеянии.
Да.
Тебе оно нравится?
- Ты похожа на настоящую монахиню.
- Спасибо.
Я еще не настоящая монахиня.
Пока еще нет, но...
А это еще что такое?
Это ужасно. Похоже на тюрьму.
Ну, у них так заведено.
Это символ нашего уединения.
Какого...
Что это значит?
Ничего.
Ну, как у тебя дела?
Ты... Тебе здесь нравится?
Ты счастлива?
Да.
Да, счастлива.
Я не знаю, как это описать,
но, кажется, мое место здесь.
Значит, ты планируешь остаться здесь
и принять эти обеты.
Как это называется, "нованат"?
- Новициат.
- "Новициат". Нова - как-то там?
Да, это просто временные обеты,
мы принимаем их на полтора года.
Чтобы понять,
готовы ли мы навсегда
выйти замуж за Господа.
Я почти уверена,
что проведу здесь всю свою жизнь.
Господи Боже, Кэтлин,
что я на хрен сделала не так?
Как...
Как у тебя дела?
У меня всё прекрасно.
Взяла дополнительные смены на работе,
чтобы чем-то себя занять.
Я толком не знаю, чем заняться.
Потому что я...
Я очень по тебе скучаю.
А что папа? Как папа?
- Ты что-то о нем знаешь?
- О твоем отце? Нет.
Звонил твой дедушка, сказал,
что он болен или что-то вроде того.
Наверное, поэтому
он с тобой и не связывался.
Хочешь, чтобы я его нашла? Я уверена,
он хотел бы повидаться с тобой.
Ничего, не волнуйся.
Я помолюсь за него.
Всё хорошо.
Но у нас... У нас здесь много работы.
Мне пора идти.
Что? Нет. У нас еще десять минут.
- Знаю, но у меня много работы.
- Чем ты занимаешься?
Может, в следующий раз получится
подольше побыть вместе
Ладно. Ты не можешь подождать.
Подожди. Подожди секунду.
Можно подержать тебя за руку секунду.
- Одну секунду.
- Да...
Вообще-то нам нельзя
так друг друга касаться, так что...
- Ладно.
- Мне пора.
Хорошо. Кэтлин, я люблю тебя.
Спасибо, что пришла.
О Господи.
Наверное, я не отдавала себе отчет,
что всё будет вот так.
Как?
Что мы проведем всю свою жизнь
здесь и никуда не будем выходить.
Мы даже не сможем прийти
на похороны своих родителей.
Какая разница? Они всё равно
будут мертвы. Они же не заметят.
Кроме того, ведь Бог знает,
что мы его спутницы,
мы особенные
по сравнению с другими людьми...
Думаешь, оно того не стоит?
Да, наверное.
А зачем тогда ты сюда пришла?
Одри Хепберн.
О чём ты?
Одри Хепберн.
Я решила стать монахиней, потому что
посмотрела "Историю монахини",
где она играет сестру Габриэль.
И я подумала,
что она такая святая,
красивая и идеальная.
Я хотела быть похожей на нее.
Не смейся надо мной.
Это не очень свято.
Я никому не скажу.
Это была ошибка.
Я была слишком молода.
Я не хотела тебя разочаровать.
Я даже не знаю, чувствую ли я это.
Чувствуешь что?
Свою связь с Ним.
То, что мы должны чувствовать.
Я не знаю, общаюсь ли я с Ним,
и это действительно Он,
или это всё мое воображение.
Мать-настоятельница говорит,
что нельзя притворяться
в наших отношениях с Ним.
Потому что даже...
Даже если никто другой не узнает,
он узнает и покинет нас.
Но меня волнует:
что если я притворяюсь,
сама того не зная?
Нет, они прямо передо мной. Я...
Я не то чтобы
не собиралась ответить. Я...
Конечно же, я понимаю историческую...
И с вами.
Доброе утро, матушка.
- Слава Иисусу Христу.
- Во веки веков.
Ты говорила?
Я слышала, как ты говорила?
Как тебя зовут?
Я сестра Сисси.
Сестра Сисси?
Ну, сестра Сисси...
Расскажи мне,
чем ты занималась в последнее время,
кроме того что толстела,
опаздывала к мессе
и говорила во время великого молчания.
Я... Я не знала,
что до сих пор великое молчание.
Ну, нам сказали считать, сколько раз
прозвонил колокол до полудня.
И я считала...
Ты понимаешь,
что значит "молчание"?
Разве тебе это не объяснили
как следует?
Во время молчания надо молчать.
А молчать значит "не говорить".
Закрой рот!
Но, мать-настоятельница,
вы же говорите.
Потому что я делаю
тебе выговор, Дженни.
- Я делаю тебе выговор!
- Я Сисси.
Мне наплевать.
А теперь становись на руки и на колени
и ползи вот до этого места.
Прочти "Радуйся Мария" столько раз,
сколько успеешь отсюда до сюда.
Немедленно!
На четвереньки, сестра!
Радуйся... Радуйся, Мария...
Ты разговариваешь?
Я до сих пор слышу,
как ты разговариваешь?
Тишина!
Я понятия не имела.
Извините. Я не знала,
что здесь кто-то есть.
Нет, всё в порядке.
Иди сюда.
Иди сюда. Я хочу поговорить с тобой.
- Как дела, сестра Кэтлин?
- Хорошо.
Спасибо.
А у других девочек?
Они до сих пор расстроены,
что сестру Сисси отсылают домой?
В основном они понимают.
Мы все по ней скучаем.
Я по ней скучаю, но...
Конечно.
Ты часто сюда приходишь,
чтобы помолиться в одиночестве?
Иногда.
Особенно сейчас, когда скоро
надо будет принять первые обеты.
Я хотела провести побольше времени
в беседах с Ним,
чтобы понять, не против ли Он
моего вступления в новициат.
Думаю, Он не против.
Думаю, ты будешь отличной монахиней.
Спасибо, сестра.
Только сделай мне одолжение.
Убедись в том,
что ты действительно этого хочешь.
Ты понимаешь, о чём я?
Господи, прости меня,
я сегодня плохо себя вела.
Я недостаточно сосредоточилась
на утренней молитве
и побежала к мессе
только потому,
что хотела побыть с подругами.
И мне жаль, но иногда мне кажется,
что я больше внимания уделяю
своим подругам, чем тебе.
И я молюсь, чтобы ты
очистил мое сердце
и сосредоточил мои мысли
только на тебе.
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
И я буду с твоими устами
И с его устами
И научу вас, что делать
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
И я буду с твоими устами
И с его устами
И научу вас, что делать
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
И я буду с твоими устами
И с его устами
И научу вас, что делать
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
И я буду с твоими устами
И с его устами
И научу вас, что делать
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
И я буду с твоими устами
И с его устами
Продолжайте.
И научу вас, что делать
Продолжайте петь.
Ты будешь с ним говорить
И вкладывать слова в его уста
Я не должна вам ничего объяснять.
Попрошу вас собрать ваши вещи
и отправиться домой.
Вперед.
С меня довольно.
Идите.
- Что произошло?
- Ничего.
Я отсылаю этих двух девочек домой.
Вы отсылаете
Марианну и Терезу домой?
Мне сказали, что в своих отношениях
они склонялись
к кое-чему недозволенному.
Но они же еще девочки, верно?
Возможно, они просто подруги.
Возможно, они просто
утешают друг друга.
Утешают друг друга?
Мы сейчас здесь этим занимаемся?
Ты снова во мне сомневаешься?
Ты сомневаешься в моем решении?
Скажи мне вот что, Мэри Грейс.
Как эти девочки
смогут прожить всю жизнь
без какого-либо физического влечения,
если они не могут прожить
без него пару месяцев?
Я не знаю.
Знаешь, иногда
мне начинает казаться,
что ты больше не хочешь быть с нами.
Тебе всё надо самой выяснить.
В чём твоя проблема?
Моя проблема частично в вас.
Во мне?
Я не понимаю вашу мотивацию.
Бог - моя мотивация.
Бог - причина и мотивация всего,
что я делаю.
Как вы можете быть уверены в том,
чего он хочет?
Я полностью уверена.
Я считаю, что вы неправы в том,
что не информируете нас о Ватикане II.
Что бы ни было в этих документах,
что бы вы от нас ни скрывали,
это повлияет на всех нас.
Это не повлияет ни на кого из нас.
- Это не повлияет ни на кого из нас.
- Тогда почему вы мне не расскажете?
Потому что я не хочу.
Я не должна, и я не хочу.
- Отлично, матушка!
- Да, отлично.
Именно, Мэри, отлично!
Я просто хотела...
Я хотела вам сказать,
что решила уйти из монастыря.
Что?
Мне очень жаль, что я не увижу,
как вы примете первые обеты.
Вы о чём? Куда вы уезжаете?
Это из-за матери-настоятельницы, да?
Она хочет отнять вас у нас.
Нет, дело не в этом.
Это мое решение.
Я была в ордене Розы с 16-ти лет.
Я отлично провела время,
но мне здесь больше не место.
Вы останетесь членом церкви,
когда уйдете?
Да.
Это моя семья.
Все вы и каждая из вас,
с кем я провела столько дней вместе.
Я люблю всех и каждую из вас
всем своим сердцем.
"Мы становимся тем, кого любим,
и тот, кого мы любим, формирует нас.
Имитация - это не буквальное
подражание Христу,
скорее это принятие образа любимого.
Образа, открытого
через трансформацию".
Не двигайтесь...
Расчистите путь
для моего девственного тела.
Грядет новая эра,
веет новый ветер.
Скоро придет время,
когда все ваши соборы наконец падут.
Все эти украшения и одежды
падут на землю.
И мы, все мы,
предстанем перед Господом нагими.
Девочки, осталось всего пару минут.
- У нас много дел.
- Можешь это сделать сама?
Там наши родители.
У кого-то есть спица?
Сестра Анна, у вас есть спица?
У меня их вообще нет.
- Помогите ей кто-нибудь с фатой.
- Я помогу.
Мне нужна лента.
С Божьей помощью,
которую я узнала в этой общине...
...сложности и радости жизни,
полностью посвященной Ему.
Я желаю принести обет.
Я хочу временно стать
невестой Христовой на полтора года
и дальше нести
свою неувядающую любовь.
Да будем мы достойны любви Христовой.
Мы замужем!
- Я люблю тебя, Боже!
- Я люблю тебя, Иисусе!
Я замужем за Иисусом.
Христос.
Я думаю, вы все слышали,
что новициат -
самый сложный
и ответственный период...
Зачем они разбивают наши зеркала?
...в жизни любой монахини.
Тогда сила ваших
так называемых призваний
подвергнется испытанию.
Вы должны научиться быть идеальными.
Потому что, и думаю,
вы со мной согласитесь,
наш Спаситель заслуживает,
чтобы каждая из вас
стала для него идеальной женой,
не меньше.
Раз в неделю
мы будем встречаться в этой комнате
для мероприятия под названием
"Глава недостатков".
И могу вас уверить,
мы не уйдем,
пока не окончим эту главу.
Итак... Ты, сестра.
Я? Эвелин.
Я сестра Эвелин.
Пожалуйста, выйди в центр комнаты.
Теперь...
подумай минуту,
а потом я хочу, чтобы ты перечислила
каждый недостаток,
который ты за собой знаешь.
Простите, что?
Что тут непонятного?
Ты идеальна?
Нет.
Я не знаю...
Что вы имеете в виду?
Ты идеальная личность,
идеальный человек?
Идеальная монахиня?
Нет. Конечно нет.
Хотела бы ты быть идеальной?
Разве ты не думала, что нужно
хотя бы попытаться стать идеальной?
Да, если бы я могла.
И как ты думаешь,
что сильнее всего мешает
тебе стать идеальной?
Мои недостатки.
Правильно.
Потому что мы никак не можем
достичь совершенства,
не избавившись сначала
от своих недостатков.
Думаю, да.
Что ты думаешь, сестра?
Да, матушка, я согласна.
Хорошо. Давай послушаем.
Давай послушаем твои недостатки.
Ну, я неаккуратна.
В смысле, я... Я неопрятна.
Я чувствую себя неряхой и...
Иногда я залипаю.
То есть в школе, они...
- Хорошо.
- Я не могу...
Стоп.
Минуточку.
Оставлять одежду на полу
и недостаток внимания,
или, как ты говоришь "залипание",
это хотя и слабости,
которые нужно за собой знать,
но они поверхностны,
и так мы далеко не продвинемся.
Итак...
Начни сначала.
И в этот раз
я хочу, чтобы ты провела полное
испытание совести
и перечислила поступки,
которыми ежедневно
ты подводишь Господа нашего Христа.
Поступки, которыми я подвожу...
Поступки, которыми я подвожу Христа.
Ну, часть меня
считает, что я недостаточно хороша,
чтобы быть здесь,
что я не заслуживаю того,
чтобы быть здесь.
Я хочу быть чистой
и хочу быть хорошей.
Но...
Я не знаю, такова ли я в глубине души.
Потому что...
Иногда мои мысли в глубине души
не совпадают с тем,
как я себя веду.
И я чувствую себя плохой
и уродливой внутри.
Я и раньше подводила людей.
Я подводила моих родителей,
моих отца и мать,
но я не хочу подвести Его, матушка.
Я не хочу подвести Иисуса.
И я надеюсь, что он знает,
что я могу быть лучше...
Если он мне позволит.
Очень хорошо, сестра.
Очень храбро с твоей стороны.
А теперь в качестве епитимьи
я назначу тебе десять розариев
на следующую неделю.
Также я хочу,
чтобы весь день в пятницу ты голодала.
Спасибо, матушка.
Куда ты идешь?
Я думала, что я закончила.
Закончила? Никто не сказал,
что ты закончила.
Вернись сюда.
Теперь, когда сестре хватило смелости
поделиться с нами своими недостатками,
я бы хотела обсудить
это с присутствующими,
чтобы помочь выявить
другие недостатки характера,
которые вы знаете за сестрой.
Ну, кто-нибудь скажите что-то.
Мы уже установили, что она неидеальна.
- Я видела, как она улыбнулась.
- Что?
Только что, когда вы сказали,
что она молодец,
я видела, как она улыбнулась.
Как будто она была собой довольна.
Как будто для нее это только шутка.
Это правда?
Нет!
И откуда ей знать,
если она не нарушила
контроль над глазами?
Я не нарушала. Ты тщеславна!
Нарушила! Ты врешь!
Откуда еще ей знать?
Ладно. Достаточно.
Сестра, вы закончили.
Однако если это правда,
и у тебя хватило смелости насмехаться
над этим процессом, это жалко.
Что из тебя будет за монашка,
если ты не можешь
понаблюдать за собой минуту
без самодовольства?
Поэтому в добавление
к твоей епитимье,
я бы хотела,
чтобы ты сама себя дисциплинировала.
Что?
Это было настолько плохо?
А ты как думаешь?
Знаешь, ты не обязана
оставаться здесь.
Никто из нас не обязан.
Ты можешь уйти, когда хочешь.
И делать что?
То есть пойти домой и рассказать
моим родителям и всем остальным,
что из меня не получилась монахиня?
- Нет, я не могу этого сделать.
- Сестра Мэри Грейс это сделала.
Это не одно и то же.
Сестра, я...
Я вовсе не считаю тебя тщеславной.
Я не знала.
- Мне жаль.
- Всё нормально.
- Мне тоже жаль.
- Мы все тщеславны.
Она просто нас учит,
как избавиться от тщеславия.
Сестры, попрошу вашего внимания.
С сегодняшнего дня у нас новый член.
Сестра Габриэль Эммануэль
присоединится к нашей общине.
Ранее сестра Эммануэль была членом
ордена Сестер Христовых
в Нью-Гэмпшире.
Но поскольку она сочла,
что культура Роз
лучше отвечала
ее религиозным потребностям,
она решила перевестись сюда.
Она присоединится к нам
как послушница первого года.
Давайте поприветствуем ее.
Думаю, все мои подруги дома
заняты разными подростковыми делами.
Ходят в автокино.
Катаются на роликах
и смотрят фейерверки 4 июля
или ходят...
Ходят на свидания с мальчиками.
- С мальчиками.
- Да. Я не знаю, я...
Даже...
Даже что?
Ты знаешь.
Что?
Секс.
Да ладно. Только не говори,
что ты раньше об этом не думала.
Все думают.
Даже монахини,
просто они об этом не говорят.
Откуда ты знаешь?
Потому что это нормально.
Думать - это нормально.
На самом деле я об этом не думала.
Ты никогда не целовалась
с мальчиком до того, как попала сюда,
ничего такого?
А ты?
Да. Но только раз.
Стой, не говори
другим сестрам, пожалуйста.
- Я не скажу.
- Хорошо.
"Покрой меня всю поцелуями,
потому что любовь твоя слаще вина.
Прекрасны твои благовония,
но имя твоё слаще лучших духов.
Поэтому тебя девушки любят".
Сестра Кэтлин.
Я бы хотела, чтобы любовь
была более взаимной.
Я бы хотела точно знать...
Я бы хотела, чтобы все мы точно знали,
что Он правда нас любит
так же сильно, как и мы Его.
Хотела бы я это чувствовать.
Не желай того,
чего ты не должна желать, сестра.
Ведь давая, мы получаем,
а прощая, нас прощают, а умирая...
Извините, матушка.
Архиепископ хочет вас видеть.
Архиепископ.
Доброе утро, матушка.
Садитесь.
Чаю?
- Нет, спасибо.
- Капелька не повредит.
Как вы, Мари?
Кажется, вы нервничаете?
Возможно, потому, что я долгое время
не находилась в компании мужчины.
Для меня это необычно.
- Вы знаете, зачем я здесь?
- Нет, не знаю.
- Вы понятия не имеете зачем?
- Честно говоря, нет.
Ну, в последнее время я много слышал,
что этот орден
с трудом принимает
некоторые изменения,
выдвинутые Вторым Ватиканским собором.
Скажите мне, это верно?
Совершенно верно.
Мы приняли некоторые изменения,
а некоторые - нет.
Отлично.
Можете пояснить?
В записках, полученных из вашего
управления, было слово "предложение"
относительно этих изменений,
и мы предположили...
Ну, это забавно.
Думаю, только вы не уловили
здесь подтекст.
Видите ли, для большинства из нас
слово "предложение" - это
синоним "обязательства".
Возможно, я не уловила подтекст.
- Мои извинения.
- Конечно.
- Это всё?
- Нет. Извините, это не всё.
Расскажите мне, пожалуйста,
с чем именно у вас возникли трудности?
Объясните мне всё.
У меня нет никаких трудностей.
Просто я с этим не согласна.
Со всем этим.
Не говоря о том,
что это была пощечина -
сестрам не дали права голоса
в этом вопросе.
Вы правда думаете,
что у сестер есть собственный голос?
Мы тоже часть этой церкви.
Мари, так дела не делаются.
Мне кажется, вы не понимаете,
что с нами произойдет.
Если мы и правда
примем все эти изменения,
это разрушит институт
католических монахинь...
Вы до сих пор заставляете
постуланток и послушниц
проводить на себе экстремальные
ритуалы покаяния?
Все эти средневековые штучки?
Это необходимо прекратить.
Я никогда не просила моих девочек
делать для Бога то,
чего я не делала сама.
Я сказал, это необходимо прекратить.
Что касается остальных
рекомендаций Рима,
я надеюсь, что вы откроете ваш разум
и постараетесь увидеть всё это
в более широком контексте.
В контексте изменений,
адаптации, духовной эволюции.
Сделайте мне одолжение,
откройте немного ваш разум.
Иначе я "предложу"
найти вам замену.
Я никогда не думала, что скажу это,
но бывают моменты,
когда я задаюсь вопросом,
существует ли вообще Бог.
И я знаю, это так ужасно,
но я со страхом думаю:
что если он на самом деле
не существует?
Что если его просто
однажды придумали,
и все начали в него верить?
Всё, что мы делаем ради Него,
всё, что мы переживаем,
чтобы только узреть его лик, но...
Но разве мы привносим
какую-то любовь сюда или в мир,
какую-то доброту или...
Узнаем ли мы Бога лучше?
И если бы оказалось,
что Бог на самом деле не существует...
Тогда ради кого мы всё это делаем?
Сестра, ты приходишь сюда
неделю за неделей
с той же самой нелепой исповедью
о твоих духовных колебаниях.
Честно говоря,
это становится утомительно.
Твоя полная духовная убогость.
Поэтому в качестве епитимьи
я не налагаю на тебя никакой епитимьи.
Не трудись.
Извините!
Я просто не понимаю,
кто она такая и что она здесь делает.
Очевидно, Сестры Христовы
не были с ней достаточно строги.
Думаю, она пришла сюда
за добавочным самобичеванием.
Правда?
Она в самом деле считает себя
такой святой?
Сейчас можешь войти.
Зачем ты хотела меня видеть?
Я хотела спросить,
могу ли я одолжить у вас дисциплину.
Только на сегодняшнюю ночь,
пожалуйста.
Дисциплину?
Что ты наделала?
Если вы не против,
я бы предпочла не говорить.
- Я против.
- Нет.
Я просто не могу дать ее тебе,
не зная,
для чего она тебе нужна.
Ты это знаешь.
Да, конечно. Я...
Я два раза на этой неделе
нарушила великое молчание.
И...
Я была немилосердна к одной из сестер,
я этого не хотела.
Это всё.
За это ты хочешь себя наказать?
Честно?
Да.
Спасибо, матушка.
Извините, сестра.
К вам пришла ваша мать.
В смысле, зачем?
Сегодня же не день посещений.
Не страшно. Мать-настоятельница
разрешила тебе выйти из другой двери.
Привет, моя дорогая.
Мы можем где-то поговорить?
Мне надо кое-что тебе сказать.
Она мне уже рассказала.
Да. Думаю, никто...
Никто не знал, насколько он был болен,
и я знаю, он был не лучшим отцом,
но я...
Я не хотела, чтобы ты осталась одна.
Ладно, я не...
Я пришла сказать тебе,
что твой отец умер,
а ты услышала это от кого-то другого?
Я не понимаю, что происходит.
Мне жаль, что ты расстроена, мама.
Что здесь на хрен происходит?
И почему ты так сильно похудела?
Я не очень сильно похудела.
Со мной всё в порядке.
Ты похудела, Кэтлин.
Насколько ты похудела?
Что происходит, тебя здесь не кормят?
- Запрещают есть?
- Нет, все хорошо.
- Дай гляну на тебя!
- Я в порядке.
- Дай я посмотрю!
- Извини. Мне пора.
Мне жаль слышать о папе.
Я буду молиться за него.
- Мне правда пора.
- Тебе пора?
- Не уходи.
- Пора. Прости.
Я ехала три часа. Стой!
Кэтлин? Кэтлин!
Большое спасибо,
что зашли, миссис Харрис.
Мы с вами еще не знакомы.
Я просто хочу узнать,
что происходит с моей дочерью.
Происходит с вашей дочерью?
- В каком смысле?
- Послушайте, мисс...
Матушка.
- Простите?
- Матушка. Или мать-настоятельница.
Я не мисс и не миссис, кстати говоря.
Леди, я не буду называть вас матушкой.
Миссис Харрис, я понимаю,
что ваша семья понесла потерю.
- И я бы хотела выразить...
- Не стоит.
Знаете, я более шести месяцев
не видела свою дочь.
Я пришла сюда сегодня
рассказать ей о ее отце,
и я ее с трудом узнала.
Она выглядит совсем по-другому,
похудела килограмм на девять.
Я хочу знать,
что вы с ней здесь делаете.
Что я делаю?
Вы говорите о ее теле,
а это поверхностная тема.
Вы ослепли?
Вы видели ее в последнее время?
Она похожа на умирающую.
Прошу, успокойтесь.
Я сказала, что хочу знать,
что здесь происходит!
Честно говоря, миссис Харрис,
со всем уважением,
в некотором роде
вы привели вашу дочь сюда на смерть.
Вы привели ее,
чтобы она умерла для окружающего мира
и родилась заново в любви Христовой.
Это процесс.
Она просто проходит через него.
Вот и всё.
На самом деле,
я понимаю,
как тяжело может быть родителям
отдавать своего ребенка Богу.
Это потому, что у вас есть свои дети?
Нет,
но и у вас тоже больше нет детей.
Ладно. Ну...
Чтоб вы знали,
со всем уважением,
мисс как вы на хрен хотите,
чтобы вас называли,
я не приводила сюда свою дочь.
Я совершенно ее сюда не приводила.
Но если я еще раз сюда приду
и снова увижу ее в таком состоянии,
я заберу ее отсюда.
С тобой всё в порядке, сестра Кэтлин?
Мать-настоятельница...
Она попросила меня посмотреть, как ты.
Можно без знаков.
Еще не время великого молчания.
Меня попросили принести тебе суп.
Спасибо.
Ты была в Сестрах Христовых, да?
Что случилось, тебе там не нравилось?
Не то чтобы мне там
не нравилось, просто...
Я не знаю, я просто подумала,
что мне будет лучше стать Розой.
Я думала, это будет легче.
Разве здесь всё не более строго?
Иногда, когда подход более строгий,
всё становится легче.
Я не знаю.
Я всегда хотела быть Розой.
Кажется, у тебя это
получается само собой.
Наверное, иногда.
Я знаю только,
что я хочу любви Господа,
и если надо быть хорошей монахиней,
чтобы ее заслужить, тогда...
Я восхищаюсь твоей набожностью.
Твоя страсть кажется искренней.
А разве ты не чувствуешь
того же самого?
Сестра Эммануэль?
Может, это странный вопрос, но...
Зачем ты это сделала?
В смысле, зачем морила себя голодом,
довела себя до болезни?
Ты делала это для Христа?
Извини, это...
Я не должна об этом спрашивать.
Обернись.
Я думала, что делала это для Христа.
Или
просто для того, чтобы стать
лучшей монахиней,
но возможно, я также думала,
что если будет голодать мое тело,
я не буду чувствовать
такой голод в душе.
Чего ты жаждешь?
Я не знаю.
"Да не смущается сердце ваше;
веруйте в Бога, и в Меня веруйте.
В доме Отца Моего обителей много.
А если бы не так,
- Я сказал бы вам..."
- Перестань, пожалуйста.
Извини.
Извини, я сделала что-то не так?
Я не понимаю.
Можешь продолжать читать.
Пожалуйста, продолжай читать.
Просто читай. Извини.
Нет, это была ошибка. Извини.
- Это моя вина.
- Моя вина.
Извини. Это была ошибка.
- Прости. Это моя вина.
- Нет, моя. Мне пора идти.
Так глупо...
Господи, сделай меня орудием
Твоего мира.
Чтобы туда, где ненависть,
я вносил любовь;
туда, где оскорбление,
я вносил прощение;
туда, где заблуждение,
я вносил истину;
туда, где сомнение, я вносил веру;
туда, где печаль, я вносил радость,
туда, где тьма, я вносил Твой свет.
О Владыка,
дай мне искать не столько того, чтобы
меня утешали, а того, чтобы я утешал;
не столько того, чтобы меня любили,
сколько того, чтобы я любил.
Любовь.
Любовь.
Сестры.
Я бы хотела сделать объявление.
Извините, что это
заняло столько времени,
но я хочу уведомить вас
кое о чём очень важном.
Уверена, на сегодняшний день
по крайней мере некоторые из вас
слышали о Втором Ватиканском соборе.
Говоря вкратце,
в Риме провели серию встреч
в течение последних трех лет.
На этих встречах в основном
обсуждались изменения,
которые Папа и остальные
считали необходимыми для выживания
нашей Церкви.
Лично я очень довольна
результатами Второго
Ватиканского собора.
Папа Иоанн XXIII
был настоящим пророком
в том, что...
В том...
Ладно, не будем вдаваться
в подробности.
Я зачитаю вам письмо из архидиецеза.
Письмо
в отношении некоторых реформ,
которые мы
воплотим в жизнь немедленно.
"С этого момента имейте в виду,
что от священников больше не требуется
читать литургию на латыни,
и они должны стоять лицом к верующим
во время мессы.
Всем католикам рекомендуется
проявлять полную
религиозную толерантность.
Хотя мы можем не разделять
религиозные убеждения других людей,
мы будем чтить и уважать
личные верования каждого человека.
Пожалуйста, учтите также,
что все монахини
и сестры, как затворницы, так и нет,
больше не обязаны носить
традиционное облачение
как символ своего
пожизненного брака с Христом.
В принципе,
теперь они могут носить что хотят.
Относительно культуры
более жестокого самоотречения
и самобичевания, до сих пор
преобладающей в большинстве общин,
учтите, что согласно решениям Собора,
это больше не считается
верной дорогой
для ищущих более близкого союза
с Христом.
Более неприемлемо
считать акты
экстремального самопожертвования
актами любви.
И наконец,
с нынешнего времени
в глазах Святой Церкви и Бога
статус монахини приравнивается
к статусу любой
практикующей католички.
Хотя выбор пойти в монастырь
остается за ними,
это не делает монахинь более
любимыми или особенными
в глазах Бога".
Мне очень жаль, сестры.
Хорошего вам дня.
Где ты?
Я так долго чувствовала,
что ты рядом со мной.
Со мной
всё это время, мой любимый муж.
А теперь ты меня покинул.
И ты надеялся,
что я утрачу веру в тебя?
Ты думал, что я просто выйду
из этих ворот?
Я не могу.
Я приняла на себя обязательство
сорок лет назад.
И даже если ты решил навсегда
отвратить от меня свой свет...
я твоя.
О мой дорогой муж.
Тебе нельзя быть здесь.
Ладно.
Хорошо.
Всё хорошо.
Ты помнишь...
Помнишь, ты спросила меня,
чего я жажду?
Я просто хочу, чтобы меня утешили.
Пожалуйста, можешь
меня утешить? Пожалуйста?
Пожалуйста, можешь...
Ты можешь? Просто...
Пожалуйста, можешь
меня утешить? Пожалуйста?
Пожалуйста, можешь
меня утешить?
Я не могу.
Пожалуйста, просто хочу,
чтобы меня утешили. Пожалуйста.
Пожалуйста.
- Ладно.
- Пожалуйста, утешь меня.
- Я тебя утешу.
- Пожалуйста.
Хорошо.
Пожалуйста.
Хорошо. Замолчи.
Пожалуйста.
Пожалуйста, просто
утешь меня. Пожалуйста.
Пожалуйста.
- Пожалуйста.
- Ладно.
- Пожалуйста.
- Ладно.
Утешь меня.
Кажется, тебе лучше?
Да.
Спасибо.
Я ценю веру, которую ты показала,
когда голодала для Христа.
Спасибо, матушка.
Конечно, были и трудности,
но в основном ты примерно вела себя
во время обучения.
Я считаю, твое место здесь, сестра.
Тебя это радует?
Да.
Конечно.
Конечно, я счастлива.
Я не знаю, сколько ты слышала
об этом Втором Ватиканском соборе.
Немного,
только мелочи,
которые я слышала тут и там
от некоторых людей.
Когда я впервые пришла...
Когда я впервые пришла в монастырь,
у меня ничего не было.
Ни дома, ни семьи - ничего.
Только церковь меня поддержала.
Она дала мне работу,
общину,
даже мою личность.
А теперь Ватикан II старается
аннулировать это всё для всех нас.
Говорят, это всё неважно.
У меня такой вопрос:
что до сих пор важно?
Сестра?
Столько всего изменилось
с тех пор, как мы были постулантками.
Я знаю, что когда я впервые осознала
свое призвание,
это было реальностью.
Это было настоящее призвание.
В самом деле. Его голос позвал меня.
Просто я иногда не знаю,
призывал ли Он меня к этому.
Может быть, Он хочет для меня
чего-то другого.
Может, он вовсе не хотел,
чтобы я становилась монахиней...
А просто хочет, чтобы я была счастлива
и хорошо относилась к людям.
А может, и нет.
В качестве епитимьи прочитай
три раза "Радуйся, Мария" перед сном.
Можешь сделать это быстро,
если хочешь.
Сестра Кэтлин.
Прошу выйти на центр комнаты.
Хочешь поделиться
с нами какими-то обвинениями?
Недостатками?
- Ты слышишь меня, сестра?
- Да.
Я хочу обвинить себя.
Я обвиняю себя в том,
что у меня есть чувства.
"Чувства"?
Чувства, которые, наверное,
я не должна испытывать.
Типа желания быть с другим человеком
так, чтобы
почувствовать...
Почувствовать что?
Утешение.
Потребность во мне.
Любовь.
Я хотела, чтобы кто-то меня коснулся.
Я хотела, чтобы кто-то дал мне больше,
чем способен дать Бог.
Чем способен дать Бог?
Что ты имеешь в виду?
- Объясни.
- Я не знаю, как это объяснить.
Я обвиняю себя в интимных отношениях
кое с кем.
- Интимных?
- С другой сестрой.
Почувствовала к ней любовь.
И я не думаю, что это был грех.
Я не думаю, что это был грех.
Потому что это не было похоже на грех.
Было похоже на то, что должно быть.
Особая дружба?
С кем-то в этой комнате?
- С кем?
- Я не скажу, матушка.
Я сделала то, что вы просили.
Я исповедалась.
Просто наложите на меня епитимью.
Скажи, что именно ты делала и с кем.
Нет. Я повинилась.
- Вы наложите на меня епитимью?
- Хочешь епитимью?
Да, я хочу епитимью.
Наложите на меня епитимью.
Хочешь епитимью, Кэтлин?
Да, я просто хочу епитимью.
Просто наложите на меня епитимью.
Ты? Ты хочешь епитимью?
Да, я хочу епитимью.
Пожалуйста, я хочу епитимью.
- Ты хочешь епитимью?
- Пожалуйста, да.
Пожалуйста, наложите ее на меня.
Я хочу, чтобы ты ползала
по этой комнате
и просила епитимью у этой группы.
Я просто хочу епитимью.
Пожалуйста, умоляю вас. Пожалуйста.
Я не могу это снять.
Я не могу это снять.
Пожалуйста, снимите это с меня.
Я не могу сделать это без вас.
Я не понимаю. Где все?
Ушли.
Ушли? В каком смысле - ушли?
Ты не слышала?
Это из-за Второго Ватиканского собора.
Во веки веков аминь, сестра.
Вы опоздали? Уже все собрались?
Почему платьев всего пять?
Где сестра Эммануэль?
Сестре Эммануэль
больше не нужно платье,
потому что сестра Эммануэль ушла.
Она не будет давать обеты
вместе с вами.
В смысле - она ушла?
Куда она ушла?
Понятия не имею. Просто ушла, и всё.
Думаю, она больше
не хочет быть монахиней.
Не знаю, нужно ли мне
разобраться в этом самой.
Я сделаю всё, что нужно.
Если ты хочешь,
чтобы я осталась, я останусь.
Но я больше не знаю,
хочешь ли ты этого.
Я тебя не слышу, и я не знаю.
Я молюсь и умоляю тебя, чтобы
- каждая из этих милых кандидаток...
- Он говорит по-английски?
...Иисуса и Марии,
оградить их от всей скверны.
Пусть они незапятнанным умом,
чистым сердцем и девственным телом
непорочно служат Иисусу и Марии
во все дни жизни.
Аминь.
Чего ты желаешь?
Я желаю принять обет
непорочности, бедности и послушания.
Посвятить свою жизнь
Богу навечно.
Навечно быть женой Господа нашего
Иисуса Христа.
Невеста Христова,
теперь ты приняла постриг.
Чего ты желаешь?
С Божьей помощью,
я узнала в этой общине
тяготы и радости
жизни, полностью посвященной Ему.
Я желаю навсегда остаться
в этой общине
и носить святое облачение Роз.
И чего ты ищешь?
Я ищу...
Чего я ищу?
Чего я ищу?
Я ищу...
Я ищу чего-то большего.
В годы после Второго Ватиканского
собора церковь покинуло
так много монахинь,
как никогда до этого.
90 000 монахинь отреклись от
своих призваний и покинули монастыри.