Последнее слово (2017 год). Цитаты и фразы из фильма

The Last Word

«Последнее слово» (англ. The Last Word) — американский комедийно-драматический фильм 2017 года режиссёра Марка Пеллингтона по сценарию Стюарта Росса Финка. В главных ролях Аманда Сейфрид и Ширли Маклейн.

Все фразы и цитаты

Луи!
Нет, нет, нет, нет!
Эти кусты нужно подстригать
не сверху вниз,
а снизу вверх, как мы договаривались.
- Я понял, мисс Лоулер...
- Я не хочу лохматые кусты.
- Вы не хотите лохматые кусты.
- Мы это уже обсуждали.
Обсуждали. Да.
Много раз.
Ладно, я сама подстригу кусты.
Дай сюда.
- Конечно.
- Спасибо.
А ты можешь подстричь газон.
Но Вы подстригли газон вчера.
Узором в ромбик.
Да.
Тогда, полагаю,
ты можешь идти. Спасибо.
Ох! Они же тупые.
Смотри, Луи, они же
должны быть острыми.
- Я посмотрю в фургоне.
- Будь добр.
Ммм-хмм.
О-у.
Так мне нравится гораздо больше.
Выглядит хорошо.
Благодарю за Ваше одобрение.
Ну да. Да, мы кладем их на пол,
так что все отлично.
Спасибо, дорогуша.
Здравствуйте, мисс Лоулер,
Я доктор Морган.
Здесь написано, что
это была случайность.
Что ж, Вы думаете, я вру,
или просто читать не умеете?
Мисс Лоулер, я просто
делаю свою работу.
И Вы называете это платьем?
Серьёзно?
А если бы меня везли в кресле-каталке,
Вы бы назвали это каретой?
- Мэм...
- Не называйте меня "мэм".
Никогда не обращайтесь
к женщине "мэм".
- Из-за этого они чувствуют себя старыми.
- Мне жаль.
Вам жаль? Ну да, конечно,
Вам очень жаль.
Вы запили четыре таблетки
клоназепама бутылкой красного вина.
Ну да. Я хотела спать, и жажда мучила.
Просто Вы не производите
впечатление человека,
который может сделать
что-то случайно.
Мне так кажется.
Так я вижу эту ситуацию.
Поэтому я хочу провести
кое-какие анализы. Хорошо?
А если Вы против этого,
мне всё равно.
Ах!
НЕКРОЛОГ
УШЕЛ ИЗ ЖИЗНИ
ЛЮБИМЫЙ УЧИТЕЛЬ
...В ОКРУЖЕНИИ СВОИХ
РОДНЫХ И БЛИЗКИХ...
...ДОБРОЙ,
ЗАБОТЛИВОЙ ЖЕНЩИНОЙ...
...ЕЁ ДРУЗЬЯ И СЕМЬЯ
...ЛЮБЯЩАЯ МАТЬ...
...БУДУТ ПОМНИТЬ...
...НАСЛЕДИЕ...
ЕЁ ВСЕ ЛЮБИЛИ
ВСЕ
Здравствуйте, это Энн Шерман.
- Вы знаете, кто я?
- Да.
- То есть нет.
- Ваш предшественник знал.
Он знал меня очень хорошо.
- Мой отец?
- Я Гарриет Лоулер.
И большую часть последних 25 лет
эта газета держалась на плаву
благодаря рекламе, которую
я закупала у вас ежемесячно.
Рекламное агентство Лоулер.
Конечно. Эм, чем могу помочь,
мисс Лоулер?
Я хочу познакомиться официально.
Хорошо.
Меня зовут Рональд Одом.
Я главный редактор.
Учился на факультете журналистики
в Университете Огайо.
- Мистер Одом.
Женат на Кейти Спэрроу.
Свою фамилию она не меняла.
Мистер Одом. Я не с Вами
хочу познакомиться.
- Эй. Эй.
- Что...
- Пойдем со мной.
- Зачем?
Затем, что я твой начальник.
- Ты меня увольняешь?
- Размечталась.
Давай, давай, давай.
- Мисс Лоулер, это Энн Шерман.
- Мисс Шерман.
Оставьте нас наедине, пожалуйста.
- Присаживайтесь.
- Ничего, я постою.
Нисколько не сомневаюсь,
но всё же присядьте,
потому что я хочу
предложить Вам работу.
Но у меня уже есть работа.
Хмм. Садитесь, мисс Шерман.
"Лоис Шенкен была сукой."
"Лоис Шенкен, неутомимый
борец за права животных,
ушла из жизни вчера ночью
в возрасте 78 лет."
Да, Лоис Шенкен.
Это я написала.
Да.
Вы знаете, почему Лоис Шенкен
так любила животных?
Потому что люди
терпеть её не могли.
Они ненавидели её вечеринки, её
сплетни, её дизайнерские украшения.
Только бездомные собаки могли находиться
рядом с Лоис Шенкен дольше семи минут.
Ну, люди, с которыми я разговаривала,
говорили о ней только хорошее.
Потому что о мёртвых говорят
либо хорошо, либо ничего.
"Юджин Бейкер. С песней
не только в своём сердце,
но и на устах,
Юджин Бейкер своим пением
оставил след в жизни всех,
кто его знал."
Знаете, почему
он так много пел?
Он был пьяницей.
Хорошо, но о таких вещах
не пишут в некрологе.
"После продолжительной болезни
Мэри Рамос скончалась сегодня утром.
Она оставила неизгладимый
след в памяти всех..."
Да, у неё был сифилис.
Я знаю.
Но это не то, что
хотелось бы увековечить.
Я знала этих людей.
- Я... я соболезную вашей утрате.
- Нет, они были ужасными людьми.
Ну, эм... Тогда не соболезную.
Но благодаря Вам это выглядит так,
как будто они были чудесными.
Как будто в своей жизни
они многого достигли.
Это же Вы сделаете и для меня.
Вы хотите, чтобы я
написала Ваш некролог?
Именно так.
Ладно.
Хорошо, я автор некрологов,
поэтому когда придёт время,
я напишу некролог и для Вас.
Я хочу, чтобы Вы
написали его сейчас.
Хм.
- А Рон вернётся?
- Это неправильный вопрос.
Правильный же вопрос:
"Почему?"
И почему же?
- Отличный вопрос.
- Спасибо.
Мисс Шерман, я разумная женщина.
Меня никогда
не заставали врасплох.
И я никогда не оказывалась
в ситуации, которая мне неподвластна.
И поэтому, как разумной женщине,
мысль о том, чтобы оставить
мой некролог на волю случая,
кажется мне весьма неразумной.
Но так все делают.
Так люди делают уже сотни лет.
Если бы я
руководствовалась тем,
что думают и делают другие люди,
Я бы никогда не достигла того,
чего достигла.
А я достигла очень многого.
И то, как Вы увековечите мои
достижения, очень меня интересует.
Хорошо.
Вот список пары сотен человек.
Я даже взяла на себя труд
написать их в алфавитном порядке.
Там также указаны рестораны,
где вы могли бы с ними встретиться,
чтобы обсудить меня.
А что...
Что насчёт вашей семьи?
У меня есть дочь, с которой мы
уже много лет не общались.
Понятно.
Ещё есть бывший муж.
Он козёл.
Так, хорошо. А какой... Какой
срок на выполнение задания?
Понедельник.
- Нет.
- Да.
Некролог нужен мне к понедельнику.
У меня есть дела.
Вы свободны. Можете идти.
Я так хочу.
Эй. Ей надо не некролог,
а стерволог написать.
- Я понимаю.
- Сомневаюсь в этом, Рон.
- Ты должна это сделать.
- Что? Почему?
Потому что в своё время эта
женщина серьёзно помогала газете.
И если эта помощь
продолжится после её смерти,
мы не должны упускать этот шанс.
- К чему ты клонишь?
К чему? Оглянись вокруг.
Я хочу сказать...
У нас проблемы.
Цифровые технологии нас убивают.
- Кто бы мог подумать, да?
- Все.
Почему вы все так говорите?
Значит, по-твоему,
я могу потерять работу?
Мы все можем потерять работу.
Хорошо. И что же мне делать?
Ублажи её.
С вами в студии Робин Сэндс,
вы слушаете радио KOXA.
Привет, Робин Сэндс.
Независимая музыка
для независимых умов.
- Для независимых умов.
- Как долго вы с Гарриет были женаты?
- Мм, чуть больше 19 лет.
И, знаете, когда мы поженились,
она не стала
брать мою фамилию.
Представляете?
В те времена никто так не делал,
но не Гарриет Лоулер.
Да уж. У меня сложилось
впечатление, что она...
Что для Гарриет очень
важно всё контролировать.
Ну, она попросила Вас написать
её некролог, пока она ещё жива.
Да, я думаю, можно с
уверенностью сказать,
что для Гарриет было очень
важно всё контролировать.
Она всегда была такой?
Ну, Вы должны понимать,
что когда она начинала,
мир вокруг был совсем другим.
То есть, мужчины, с которыми
ей приходилось работать.
И на которых ей
приходилось работать.
Ей нужно было быть вдвое лучше,
вдвое умнее и вдвое решительнее.
И она, знаете, была.
Понимаете... Она всегда
считала, что она права.
Всегда.
При этом, единственное, что
приводило её в восторг,
это осознание того,
что она не права.
Да, видите ли...
Если хочешь быть
на равных с Гарриет,
нужно доказать, что ты прав,
а она нет. Ей так это нравилось.
И она всегда смеялась.
Конечно же, она никогда не
говорила "Я не права".
Но слышать тот смех...
- Мне было достаточно и этого.
- А что насчёт её дочери?
Слушайте, если Вы ищите кого-то,
кто скажет про Гарриет что-нибудь хорошее,
это точно не Элизабет.
Уж поверьте мне.
Удачи.
Она Вам понадобится.
Меня зовут Энн Шерман.
Я из "Бристоль Газетт".
Я бы хотела поговорить с
Вами о Гарриет Лоулер.
"Если я захочу услышать Ваше мнение,
я сообщу Вам об этом",
- вот что она сказала мне.
- Так откуда Вы знаете Гарриет?
Я была её гинекологом.
Так как Вы стали
парикмахером Гарриет?
Она зашла и сказала,
"Подстриги меня".
Так...
А я такая говорю, "Ну вообще-то
у меня сейчас другой клиент".
И тогда она попросила
ту женщину уйти.
Я из "Бристоль Газетт".
Хотела бы поговорить с
Вами о Гарриет Лоулер.
Алло?
Я уже давно уяснила,
если не можешь сказать о
человеке ничего хорошего,
не говори ничего.
Она осматривала себя сама.
Её диагноз всегда был верен.
Мне приходилось
возвращать ей деньги.
Она просто, эм, злобная,
злобная женщина.
Я ненавидел её.
Очень сильно ненавидел.
Очень сильно.
Что Вы думаете о Гарриет?
Я очень долго ходил к психотерапевту,
чтобы не думать о ней.
Может, Вы могли бы сказать
хоть что-то хорошее о ней.
Хоть что-нибудь хорошее.
Если бы она умерла, было бы хорошо.
Как насчёт этого?
Она как ходячая
грозовая туча.
Самая злобная вагина
по эту сторону океана.
"Просфору подайте вот так".
"Вино подайте вот эдак".
"Это вино отвратительное".
Прямо, совсем-совсем ничего?
Ничегошеньки.
Я не...
- И это всё, что Вы написали.
- Это черновик.
- Нет. Это первый абзац.
- Это основная суть.
Это один абзац.
Зато по существу,
и мне кажется он хорош.
Нет, это жизнь неудачницы.
- Я бы так не сказала.
- Это жизнь ничтожества.
Так бы я точно не сказала.
А что бы Вы сказали?
Потому что Вы точно не отразили
яркую впечатляющую жизнь.
Я сделала, что смогла.
Это весьма прискорбно
для нас обеих.
Ну, у меня было не много
материала для работы.
Нет, у Вас была для
этого моя жизнь.
И я сделала с этим всё,
что смогла.
Эх.
Похоже, я сильно переоценила
Ваш писательский талант.
При всём уважении...
А, теперь Вы меня уважаете.
А то я как-то не была уверена.
Проблема не в моих
писательских талантах.
- В чём же?
- В теме. Проблема в Вас.
- Что, простите?
- Проблема в Вас.
Что? Да как Вы смеете?
Нет, я... Простите.
Но как смеете Вы?
Никто, вообще
ни один человек,
не сказал ни единого
доброго слова о Вас.
Ни коллеги, ни друзья.
Ни тем более семья.
Что Вы только что сказали?
Я сказала, ни тем более семья.
Хмм.
Убирайтесь из моего дома.
Я просто... пытаюсь
быть честной с Вами.
Неужели Вы думали, что эти люди
будут петь вам дифирамбы?
Тогда Вы сильно заблуждаетесь.
Вон из моего дома!
Сейчас же!
Вот сука!
Гарриет, что Вы...
Что Вы здесь делаете?
Не хочу, чтобы меня
изнасиловали в коридоре.
Вы хоть знаете, который час?
Садитесь, пожалуйста.
Нам нужно поговорить.
Что это за хрень?
Это некрологи из разных
газет по всей стране.
Я хочу, чтобы Вы прочли их
и посмотрели, как это
делают другие авторы.
Ох, ну простите, что Вам не
понравилась моя писанина, но ведь...
Я всего лишь описала Вашу жизнь.
Но моя жизнь
ещё не окончена.
Итак, я выделила
четыре основных элемента,
присущих действительно
хорошему некрологу.
- Неужели?
- Да, именно.
Во-первых, умершего
должна любить его семья.
Так. Во-вторых, умершим
должны восхищаться его коллеги.
Я... Я знаю.
В-третьих, умерший должен
неожиданно изменить чью-то жизнь.
А если этот кто-то — представитель
меньшинств или калека,
то это ещё лучше.
Хорошо, а в-четвёртых?
А в-четвёртых - козырь.
И я не знаю,
какой он у меня.
Козырь?
Да, что-то такое
масштабное и необычное,
о чём можно написать в
первой строчке некролога.
Вот например,
"Известный ценитель искусства -
Бонни Ли Джонсон
скончался сегодня."
Да, точно.
"Трёхкратный чемпион
штата по бальным танцам -
Лу Мендоза покинул
нас вчера ночью."
- Хорошо, у меня вопрос.
- Слушаю.
Точнее, четыре вопроса.
Четыре?
Ох. Четыре.
Что ж. Семья.
С дочерью мы не поддерживаем
никакой связи уже несколько десятилетий.
Мои коллеги,
как вы уже заметили,
не ломятся ко мне в дверь, чтобы
выразить своё восхищение.
Никаких знакомых чёрных
детей-инвалидов у меня нет.
И четвёртое, я понятия не имею
какой у меня может быть козырь.
Это и были мои вопросы.
Да. И Вы поможете мне
найти на них ответы.
- Ох, да неужели.
- О да.
Вы поможете мне создать моё наследие,
а не просто запишете его.
Полагаю, такое Вам
нечасто предлагают.
Написать историю прежде,
чем она закончилась?
Именно об этом я
и говорю, Энн. Да.
То есть, Вы, типа, собираетесь изменить
свою жизнь прямо сейчас?
Именно.
Вас ведь не затруднит подыскать
мне для благотворительности
каких-нибудь
обездоленных детишек?
Конечно нет, в строительный
магазин скоро будет новый завоз.
Там отличный ассортимент.
- Сарказм - остроумие безмозглых.
- А снисхождение, удел грубых.
Извините.
Чёрт. Извините.
Нет, нет. Никогда не
извиняйтесь за своё мнение.
Спасибо, что зашли.
Б-2.
Пойду найду женщину,
с которой разговаривала.
Ванда? Здравствуйте.
Не бегаем.
Гарриет, это...
Это Ванда Барнс.
Она занимается детьми
в зоне риска.
Здравствуйте, Ванда. А кто
занимается посетителями в зоне риска?
Мисс Лоулер, не волнуйтесь.
Здесь безопасно.
Вы меня успокоили.
Спасибо.
Я уверена, дети,
особенно девочки,
будут очень рады,
если вы поговорите с ними.
Вы хотите, чтобы Гарриет выступила
перед группой неблагополучных детей?
Я думаю, детям
очень понравится.
Или же, как вариант, она может
выписать вам чек с кучей нулей.
Мне что, снова поговорить
с твоим начальством?
Я... Я просто говорю, что
деньги тоже могут помочь.
Я ведь права, Ванда?
Ну да, разумеется...
"Женщина, выписавшая чек
маленькому общественному центру,
скончалась прошлой ночью,
Гарриет Лоулер.
После себя она оставила лишь
недостигнутые цели и незаконченные дела".
Так что там насчёт того
чека с кучей нулей?
Я слышала,
вы, детишки, в зоне риска.
Вообще-то, все дети
находятся в зоне риска.
Покажите мне ребёнка,
который не в зоне риска,
и я покажу вам того, кто в
жизни ничего не добьётся.
Вся наша жизнь
состоит из риска.
Я вот рискнула
и пошла в колледж.
А в те времена
никто не хотел себе в жёны
женщину с образованием.
Никто не хотел в жёны женщину,
которая работала.
Никто не хотел в жёны
свою начальницу.
Но больше всего
меня веселило,
что никто не хотел себе в жёны
женщину-бизнесмена.
Но я была готова
пойти на эти риски.
Почему? Почему
вы это сделали?
Потому что ни при
каких обстоятельствах
я не собиралась отказываться
от своего потенциала.
Поэтому, вы должны
задать себе вопрос:
готовы ли вы рисковать,
чтобы делать глупости?
Или вы будете рисковать
ради великих дел?
Ух-ты.
Думаю, вы дали этим девочкам
пищу для размышлений.
Похоже, я вполне способна
скормить банальщину
кучке неуравновешенных
подростков.
Банальщину, значит.
Но этой речи недостаточно.
Мы должны вернуться и найти
нашу собственную хулиганку,
которой моя мудрость принесёт
наибольшую пользу,
она-то и будет тем неожиданным
человеком, чью жизнь я изменю.
- Привет, малышка.
- Привет, пап.
Не знал, что ты
заедешь сегодня.
Ли-Энн ведь нет дома, да?
У неё уроки.
Путь свободен.
- Та-дам!
- Ну надо же.
- Именно этого мне не хватало.
- Держи.
- Грязная одежда.
- Большое спасибо.
- Стирку запустила?
- Ага.
Отлично.
Есть хочешь?
- Нет, спасибо.
- Да брось.
Давай сделаю
тебе бутерброд.
Не надо. Спасибо.
Я правда не хочу.
Я купил твой
любимый чай.
Ага, спасибо.
- Все ещё пишешь свои эссе?
- Да.
Ну и как продвигается?
Медленно, но верно.
Когда ты начала работать над ними?
Не могу вспомнить.
Я просто топчусь на месте.
Я не давлю.
Просто... Знаешь.
В какой-то момент стоит отложить
ручку и дать это кому-то прочесть.
Например, тебе?
Ну да, уверен,
они чудесные.
Это не так.
Ну...
Теперь я думаю,
ты слишком строга к себе.
Ты мог бы сказать про себя,
что часто рискуешь в жизни?
Не-а.
Нет.
Нет, но твоя мама...
Должен признать. Она больше
похожа на любителя рисковать.
Теперь это так называется?
Ну, это было
много лет назад.
Почему нет?
Потому что это так звучит,
словно она поступила с нами почти
благородно, но это не так.
Послушай, тебе не должно
нравиться то, что она сделала.
Мне это тоже
не понравилось.
Но, очевидно, ей
хотелось чего-то другого,
вот она и
отправилась на поиски.
То есть, главное, что она, типа,
живет мечтой, остальное не важно?
Энн...
Я счастлив.
- Хорошо.
- Наконец-то счастлив.
И каждый день я молюсь,
чтобы ты тоже была счастлива.
Здравствуйте.
Извините,
можно мне переговорить
с мистером Сэмюэльсом?
А кто вы?
Меня зовут
Энн Шерман,
я из "Бристоль Газетт".
Журналист.
Рада за вас.
А по какому вопросу?
Гарриет Лоулер.
Вообще-то, его
сегодня нет в офисе.
Нет?
Даже не знаю зачем
я спросила кто вы.
Его даже нет на месте.
- Значит, нет? Ладно.
- Ага.
А мистер Шмидт?
Нет, извините.
- Значит, никого из них нет на месте.
- Да.
Супер.
Бренда! Бренда!
Ты хоть понимаешь,
сколько времени
нам понадобится,
чтобы всё исправить?
Ничего не надо исправлять.
Мой способ лучше.
Это ты так думаешь, но в
библиотеках заведено по-другому.
Только потому, что так заведено,
не значит, что мне есть дело.
Нет ничего плохого
в десятичной системе Дьюи.
Выписывать какое-то шестизначное
число да ещё и с точкой,
чтобы книгу найти, не рассказывайте
мне, что в этом есть логика.
Нахрена там вообще
сдалась эта точка?
Я просто хочу
книгу почитать.
Вот на эту малолетнюю
хулиганку я и окажу влияние.
Ты расставила все книги
в алфавитном порядке.
Скажите спасибо.
Здравствуйте.
Ванда.
Знаешь, когда ты на людях
начинаешь вот так сквернословить,
рискуешь показаться
необразованной хамкой,
которая не может
по-нормальному разговаривать.
А Вы, блин,
кто ещё такая?
Как насчёт:
"Простите. Мы знакомы?"
Мне не за что извиняться.
Просто хочу знать, кто суёт
свой нос в мои дела.
Ну, я знаю, что я,
пожалуй,
самая худшая
в мире фея-крёстная,
но я та, кто суёт
свой нос в твои дела.
Какого хера?
Видишь ли, вместо "Какого хера",
можно сказать: "Что, простите?"
Что Вам нужно?
Что нужно тебе?
А, ну понятно.
Это исправительные работы.
Вас повязали за вождение
в пьяном виде. Так ведь?
С чего это вдруг
ты так решила?
Вы белая.
И Вы здесь.
Да, это верно.
Тем не менее, я здесь
по собственной воле.
Меня никто не заставлял
пытаться познакомиться с тобой
и поделиться моими
широкими познаниями.
Вы хотите научить
меня какой-то херне.
Вы хотите научить
меня чему-то.
Похоже, мы уже начали.
Вот чёрт. Извините.
Брр.
Давайте, я выброшу
этот мусор.
Что Вы делаете?
Это же сборник эссе.
Да, и они - мои.
- Как будто я могла догадаться,
- Боже.
что тебя интересует что-то...
кроме мёртвых людей.
Можете думать,
что хотите.
Так я обычно и поступаю.
О, да неужели.
Вам-то какое дело?
Я и не говорила,
что мне есть дело.
Так, ладно, чтобы я могла поскорей
вернуться к своей нормальной жизни...
Вы... Вы подумали,
что может быть вашим козырем?
Как насчёт такого?
"Гарриет Лоулер, величайшая
любительница чистых машин,
умерла сегодня днём от
инфекции стафилококка,
которую она подхватила
в старом Вольво".
Ладно.
Видимо, нет.
- Садитесь в машину!
- Нет уж!
Чтож, хорошо, я просто
уеду с Вашей сумочкой.
Уберём это назад.
Пока.
- Фу!
- Я так и думала.
Господи.
Не хочешь зайти на чай?
- Что?
- Чай! Будешь чай?
- Конечно.
- Отлично. Пойдём.
Хорошо.
Очуметь, Гарриет.
Ох! Я совсем
про них забыла.
Вы забыли, что у Вас
огромная коллекция пластинок?
- Ну да.
- Что?
- Что, правда забыли об этом?
- Ага.
Боже, 50-ые, 60-ые, 70-ые.
А где остальное? Вы что...
Начали собирать CD-диски?
Нет. Я лучше в
лифте музыку послушаю.
Почему, потому что там звук без души,
и не передаются все тонкости звучания?
Очень хорошо, Энн.
Да, спасибо.
Аналог я знаю, я в теме.
Мне это очень интересно.
Но если у Вас
нет коллекции дисков,
тогда где остальные
Ваши пластинки?
Других нет.
Это всё, что есть.
Почему?
Тебе и правда это так
интересно? Серьёзно?
Да, интересно.
Мне правда хочется знать.
Когда я была ребёнком,
мне нравилось слушать радио.
Мне нравились диск-жокеи.
Мне нравился их выбор музыки.
Иногда они включали что-то
очень экспериментальное,
и я думала,
"Да, неплохо, можно послушать".
И слушала эту музыку.
А потом они включали
что-нибудь очень плохое,
вот прямо жестокое,
и я пересматривала
свои взгляды.
Понимаешь, о чём я?
Они как будто контролировали,
моё, ну типа,
формирующееся воображение.
Постойте. А кто был вашим
любимым диск-жокеем?
Бобби Дэйл.
Бобби Дэйл.
Разносторонний вкус.
Минимум болтовни.
И действительно
великолепные подборки.
А потом, сама понимаешь,
как и всё остальное,
музыка стала - бизнесом.
Она стала звучать
из автоматов.
А потом моих диск-жокеев
заменили компьютеры.
И я больше этим
не увлекаюсь.
Да, но такое всё
ещё существует.
Взять хотя бы радио
которое я слушаю, KOXA,
это как раз то,
о чём вы говорите.
Ди-джеи ставят любую
музыку, какую хотят.
Они сами решают,
что поставить в эфир.
Это потрясающе.
Гарриет, Вам понравится.
"Радио KOXA, независимая музыка
для независимых умов.
107.2 на приёмнике.
Номер один в вашем сердце".
Хм.
Хорошо.
Спасибо.
Энн.
Джо Миллер.
Я по поводу Гарриет Лоулер.
Как, по-вашему, рекламное
агентство может улучшить рекламу?
Почему люди — мультяшки?
Это реклама для детей?
Ну, нет. Как я
уже говорил в начале,
если из этого будут делать
настоящую рекламу,
они используют
настоящих людей.
Пусть пригласят звезду.
Мне нравится Шелли Лонг.
Может,
заткнётесь уже наконец?
Я Гарриет Лоулер.
Я креативный директор
этого агентства.
Креативный директор отвечает
за все творческие решения,
принимаемые вами
в этой компании!
Не другие люди,
которые просиживают штаны
в мечтах о куске
пиццы и 15 долларах.
Нет, знаете что?
Я не собираюсь это делать.
Потому что это воровство.
Вы отдаёте
мне свои деньги,
и вот это вы хотите
получить взамен?
Это херня.
Не нужны мне ваши деньги,
бесхребетные куски дерьма.
Гарриет.
Уведите её отсюда.
Отвали от меня.
Ничтожество!
Они же просто
вышвырнули её.
Да.
Это же её компания.
Она её создала.
Как они могли так поступить?
Они боялись её.
Не любили.
Потому что не
могли контролировать.
- Охренеть, блин.
- Да уж.
Ну а Вам...
Вам она нравилась?
Я уважал её.
И боялся тоже.
Почему вы
показали это мне?
Чувство вины, наверное.
Скорее всего.
Её подставили.
А я промолчал.
Говорят, что действительно
хорошая музыка
может отправить вас туда, куда
вы сами никогда не доберётесь.
Что ж...
Эта композиция меня
действительно уносит.
Поэтому, где бы вы ни находились,
посмотрим, куда она заведёт вас.
Робин Сэндс, радио KOXA.
Я бы хотела увидеть
Робина Сэндса. Пожалуйста.
Да-да.
Привет, Робин это я.
Да, я бы хотела
работать диск-жокеем.
Эм, да. Но...
Я сейчас никого
не ищу.
Я заметила, что у вас
передача звука не сжатая.
Всё верно. Да.
Это из-за того, что вы используете
ламповый усилитель?
- Да, да. Совершенно верно.
- Угу.
Да, у нас всё-равно нет денег на цифровую
аппаратуру, да и желания, если честно, тоже.
- Надеюсь, что и не появится.
- Это уж точно.
- А кто вы?
- Я Гарриет Лоулер,
раньше руководила рекламным
агентством Лоулер.
Я пожилая женщина,
как вы уже заметили.
А с возрастом появляются
определенные особенности,
я, например, каждое утро
очень рано встаю.
Я бы с удовольствием заменила
в эфире Дон Сильвер.
- Эм, но... Дон это я.
- Нет, ты уйдёшь.
У тебя голос тонкий,
а вкус заурядный.
А какую музыку
играли бы Вы?
- Робин, ты, блин, что - издеваешься?
- Подожди, просто...
Нет, это неправильный
вопрос.
- Неправильный?
- Ага.
Какой же вопрос
правильный?
Правильный вопрос:
что бы я поставила
после "Gin House Blues"
от Нины Симон.
Что бы вы поставили после
"Gin House Blues" Нины Симон?
- Отличный вопрос.
- Большое спасибо.
Я бы поставила "Very
Special" Дюка Эллингтона.
Хорошо.
Потом я бы поставила
"Ro-Ro-Rosey" от Вана Моррисона.
Отлично.
А закончила бы, пожалуй,
чем-нибудь от "The Kinks".
Вам нравятся "The Kinks"?
О да, это самая
недооценённая группа
- Всех времён.
- ...всех времён.
Я же постоянно это всем говорю.
Постоянно всем говорю.
Разве нет?
Видите ли, Робин, кто угодно
может выбрать хорошую песню.
Но настоящему
диск-жокею важен поток,
последовательность,
подборка, если хотите.
Да, мне очень
важна подборка.
А ещё я очень богата, поэтому
мне не нужно платить зарплату.
Ох. Ну просто зашибись.
- А это кто?
- Это мой стажёр.
- Чо как?
- Привет.
Ладно, Гарриет Лоулер,
давайте поговорим.
- Ого. Ну давайте.
- У-у.
Я что, только что потеряла работу
из-за столетней старушки?
Как правило, в большинстве
своём люди идиоты.
Ага.
Поэтому, когда
столкнёшься с идиотом,
не пытайся объяснять ему,
что он идиот.
Просто относись к нему
как к глупенькому ребёнку,
который ничего толком не
соображает, понимаешь меня?
То есть с тупыми нужно
быть терпеливой, так?
Именно.
Да.
С вами в студии Гарриет Лоулер,
вы слушаете радио KOXA.
Независимая музыка
для независимых умов.
И впереди у нас выходные
неожиданной музыки...
Королей классики...
Гарриет.
Угадай, кто диск-жокей?
Я... Я в шоке.
Нет. Я всегда хотела заниматься
чем-то таким, и вот, сделала это.
- Что, вот так просто?
- Ну да, конечно.
А можно... Можно,
я останусь и посмотрю?
Выйди вон. Мне надо работать.
Можешь посмотреть оттуда.
Хорошо.
Эдди Кокран — отличный выбор.
Моё уважение рок-подборке.
Козырь.
Моё уважение.
- Ну, и куда он тебя пригласил?
- Нет.
Что?
Ну, я же всё
срежиссировала.
Зачем Вы это сделали?
Мне показалось, это то,
что я должна сделать.
Нет. Не надо пытаться
контролировать мою жизнь, Гарриет.
В приличное, хоть,
место пригласил?
Мы идем в "Пещеру"
в эти выходные.
В "Пещеру"?! Нет. Нет. Нет.
Абсолютно исключено.
Это место не подходит.
Скажи ему, что хочешь, чтобы
он сводил тебя в кафе "Бушо".
- Что я Вам только что сказала?
- Я слышала, что ты сказала.
Но для настоящего свидания действительно
нужен очень-очень хороший ужин.
Это не настоящее свидание. Мы идём
как друзья. Я ему так и сказала.
Зачем ты это сделала?
Потому что я не хочу разрушать
то, что есть между нами.
Но вы только что познакомились.
Между вами ещё ничего нет.
У меня есть его программа.
А-а.
Ох. Что ж, теперь мне
всё понятно.
Что понятно?
Просто теперь я поняла,
что ты за ребёнок.
"Энн Шерман
умерла прошлой ночью от
смертельной инъекции
за убийство Гарриет Лоулер.
Её последними словами были:
"Оно того стоило"."
Очень хорошо, Энн.
Великолепно.
Эй, я искал тебя.
Как поживает наша любимая
почётная гражданка?
Она просто нечто.
Я помню истории,
которые рассказывал отец.
Жуткие, жуткие истории.
- Спасибо, что скинул её на меня.
- Ну, это не я решил.
Это она выбрала тебя.
Ты должна быть...
Нет. Не говори "польщена".
Справедливо.
А как насчёт благодарности?
Спасибо тебе, что хотя
бы дала мне шанс
не быть первым из Одомов,
кто полностью уничтожит
наследие своей семьи.
Хмм.
Нет, я не буду говорить
"Пожалуйста". Просто не буду.
С вами Гарриет Лоулер,
и я желаю вам доброго утра.
В ЭФИРЕ
Ох!
Привет, босс.
Я так по этому скучала.
Проходи.
- Жидкий ланч?
- О! Мой любимый.
- Я помню.
- Ох...
Терраса. Иди туда.
Ох, Джо. А теперь рассказывай,
зачем пришёл.
Это оригинал.
Боже.
Вот ублюдки.
До сих пор такие.
С другой стороны, моим звёздным
часом это тоже не назовёшь.
Ты пыталась защитить агентство.
Твоё агентство.
Ты чёртова героиня.
Хм.
"Гарриет Лоулер, чёртова героиня."
Пойдёт.
Это, значит, оригинал.
А копии есть?
Да, я сделал копию
для твоей знакомой Энн.
Энн это видела?
...в этой компании!
Не другие люди, которые
просиживают штаны
в мечтах о куске пиццы
и 15 долларах.
Нет, знаете что?
Я не собираюсь это делать.
Потому что это - воровство.
Воровство.
Вы отдаёте мне свои деньги, и вот
это вы хотите получить взамен?
Это херня.
Не нужны мне ваши деньги,
бесхребетные куски дерьма.
Гарриет.
Уведите её отсюда.
Отвали от меня.
Ничтожество!
Нет, мне нравится думать о себе,
как о кураторе, понимаешь?
Знакомлю своих слушателей
с новыми исполнителями и песнями,
которые для них
в диковинку.
Вроде как, эм, ну знаешь, один из тех
путешественников-исследователей,
который привозит в старый свет
экзотическую пряность.
Я выгляжу сейчас
таким придурком.
"Робин Сэндс, торговец
рок-н-ролльными пряностями."
Звучит и правда по-дурацки.
Знаешь, а ты забавная.
И что в этом удивительного?
Почему все всегда так
удивляются, когда я шучу?
Ну, ты же пишешь некрологи.
Но я же не испытываю
при этом муки и страдания.
Это просто работа
за зарплату.
Ну и плюс, во всём этом есть
что-то такое вуайеристское,
и это мне кажется
очень интересным.
Я... У меня есть пропуск
за кулисы в чужую жизнь.
Хорошо, а каковы карьерные
перспективы у писателя некрологов?
Планируешь писать
про знаменитостей,
когда они умрут,
- или...
- Нет. Нет.
Я просто...
Просто у меня хорошо
получается то, что я сейчас делаю.
- О нет.
- Что?
Нет, нет, нет.
Это неразумно с твоей
стороны врать на...
Знаю, технически это
не свидание,
но всё равно, не стоит
врать в начале отношений.
Гарриет, чт...
Что Вы делаете?
- Что Вы здесь делаете?
- Я...
Она тебе не говорила,
что хочет быть писателем?
Да, она и есть писатель.
Нет, нет. Она хочет быть
настоящим писателем.
- Эссеистом.
- Гарриет, не надо.
Эссеист это тот,
у кого есть
универсальный взгляд
на мир, мировоззрение.
Скажи-ка мне,
Энн, о чём...
О чём твой сборник эссе?
Я не знаю.
Я тебе не верю.
А ты веришь ей?
Знаешь что, Энн,
нам уже пора.
Нет, нет, мисс Шерман,
я действительно
хочу услышать ответ.
О чём ты хочешь
сказать в своих эссе?
Ни о чём. Я ничего не хочу
сказать. Мне нечего сказать.
Ну это же брехня.
- Ладно, Гарриет, уймитесь.
- Нет. Не-а.
Не защищай её, как будто
она раненая зверушка.
Нет, нет. Если она хочет
быть писателем,
она должна научиться
выражать свои мысли.
Ты не обязана это
выслушивать, Энн.
Нет, не слушай.
Он прав.
Не слушай меня. Возвращайся в свой
маленький пузырь. Никаких проблем.
Чёрт, да что
с Вами такое?
Амбиции кастрированы
неуверенностью в себе.
Желание.
Желание. О желании
говорят мои эссе.
Они, эм...
Они о том, на какие
жертвы мы идём...
...ради исполнения
своих желаний.
И зачем я спросила.
О, да пошли Вы. Прекрасно.
О, жизнь! Я вижу жизнь!
Вы вынудили меня говорить о херне,
о которой я не хотела говорить,
а когда я рассказала, Вы
насмехаетесь надо мной!
- Да что с Вами не так?!
- Прошу тебя, успокойся.
Я просто хочу понять, о чём ты
пишешь и чего пытаешься добиться.
Но это, видимо,
такое всё очень личное.
О, да неужели?
Вы так считаете?
Я... Я нуждаюсь. Я томлюсь.
Я жажду. Я заслуживаю.
Ох... А мир,
мир оказался настолько
сложнее, чем в твоих мечтах.
А мои награды...
У меня нет никаких наград.
Я должна была
получить награду.
Знаешь, если так подумать,
какой-то смысл во всём этом есть.
Да неужели? Ну давай.
Раскрой мне глаза.
Я думаю, ты пытаешься
писать о себе,
но у тебя нет ни малейшего
представления, о чём писать.
Катись к чёрту, Гарриет.
Ну так, ээ...
Ты уже придумала заголовок
для своего сборника эссе?
- Эм...
- У него есть название?
"Андалусия сейчас".
"Андалусия сейчас"...
Это что-то значит для тебя?
Или это, типа, пришло тебе в голову?
Когда мне было три,
мама подарила мне глобус,
и каждый вечер
мы играли в игру.
Закрыть глаза.
Раскрутить глобус.
Ткнуть в любое место на глобусе,
и там, куда попадешь,
ты когда-нибудь
будешь жить.
И как-то раз мой палец попал в это
место на южном побережье Испании,
и мама сказала,
что это Андалусия.
И я подумала, что это самое прекрасное
слово, которое я слышала, так что...
Это была последняя наша игра
перед тем, как она...
Она ушла.
Спасибо, что
рассказала об этом.
- Тебе куда? В эту сторону?
- Не. Мне туда.
Мы выделили четыре вещи,
необходимые для хорошего некролога.
Думаю, у меня более чем достаточно
материала, чтобы написать про три из них.
Всё что осталось — семья.
Ты должна повидаться
с дочерью.
И должна помириться с ней, потому
что это всё, что тебе осталось.
И это единственное, что отделяет меня от
возможности больше никогда тебя не видеть.
Понятно.
Я говорила с твоим
бывшим мужем.
Он сказал, что Элизабет живет всего
в нескольких часах езды отсюда.
Мы едем. Я за рулём.
- В твоей машине?
- О да, в моей машине.
И Бренда с нами поедет.
Мне нужен буфер.
Я уже позвонила
её матери.
Доброе утро всем.
Как дела?
Мистер Сэндс, не запишите
ли для меня диск?
Энн, Бренда и я
отправляемся в путешествие.
Супер.
Подборку песен, идеально
подходящих случаю, пожалуйста.
А что у нас за случай?
Мы едем к моей дочери,
которая меня ненавидит.
Так. Ладно, давайте
уточним ещё раз.
Старушка с манией контроля,
ненавидящая её дочь,
за рулём писатель некрологов,
и девятилетний стажёр из
гетто на заднем сиденье.
Да, я смогу подобрать
для этого 37 песен.
Очень хорошо.
Идеально.
- Согласна.
- Я тоже.
Гарриет, это однодневная поездка.
Мы не будем ночевать.
Да, в твоём помойко-мобиле.
Я взяла сменную одежду
и захватила тартинки
с копчёным лососем,
свежим укропом, каперсами
и козьим сыром. Ах!
Что это за херня - тартинки?
Это пафосное название
для сэндвича.
Мы заедем в Макдоналдс,
Бренда. Не волнуйся.
- Хорошо.
- Нет, не заедем.
- Кому еды?
- Мне.
Держи, дорогая.
Гарриет?
Да. Хотя я
и не хочу ничего.
О, боже.
О! Да.
Дорожная еда.
Лучше любых
долбанных тартинок.
- Эй!
- Аминь, сестра.
"Мне было пять, когда
в город приехал цирк.
Мне было шесть,
когда он уехал.
Мне было семь, когда я поняла,
что он никогда не вернётся.
Клоун крутил тарелки,
прыгал через горящие кольца,
создавая мир магии и загадки.
А потом в клубах дыма
он исчез.
Три кольца, два кольца,
одно кольцо, ничего.
С цирком ничто
не сравнится."
Очень выразительно.
Лирично. Мне понравилось.
Кто написал?
Я.
Я не поняла.
Ничего страшного.
Это о матерях и дочерях.
То есть
ты практически поэт.
Я не знаю, кто я, Бренда.
Ну, ты же должна
быть кем-то.
Бог привёл тебя в мир,
чтобы ты кем-то стала.
Ты должна стать кем-то.
Я хочу писать.
Вперёд.
В этой машине можно всё.
- Пожалуйста, не делай этого.
- Хочу описать всё вокруг!
Мне надо в туалет!
Очень-очень надо.
Не смешно, Гарриет!
Я всё слышу!
Снаружи маленький танцор.
Знаешь, мне часто снился
один и тот же кошмар,...
...что я укутываю
Элизабет в одеяла,...
...подушки, и пеленаю её,
забочусь о ней
и защищаю.
А потом я смотрю
вниз и понимаю...
Я так сильно её опекала,
что задушила до смерти.
Ух, жесть.
Что ж...
Интересно, какая она стала.
Что думает обо мне.
Ну, здорово, что мы
скоро это узнаем.
Спасибо.
Не за что.
Так она захотела
встретиться здесь?
Твой бывший муж сказал, что она здесь
обедает каждый четверг в 12:35.
Тридцать пять?
Немного странно,
тебе не кажется?
Давай просто сосредоточимся
на твоей дочери.
О боже.
Здравствуй, мама.
Привет.
Не знала, что у нас
будут зрители.
О, нет. Эта девушка —
моя знакомая, зовут Энн.
А это Бренда.
Что ж, у меня
не очень много времени.
Может успею съесть салат.
Но ты же только
что пришла.
Мама, успокойся.
Выпей чего-нибудь.
Может закажем уже?
Простите.
Хорошо, Бренда.
Как насчёт лобстера?
Нет. Никаких лобстеров.
Нет.
- Запечённую курицу.
- И мне.
Мама.
Я буду салат Нисуаз, не сырой,
а слегка подрумяненный,
с желтой фасолью, а не с
красной, и с каперсами.
Я будут панцанеллу. Каперсы вместо
оливок. Белый лук, а не красный.
Проверьте, чтобы помидоры
были спелые.
- А, и ещё базилик. Свежий.
- Мне тоже базилик.
На краю тарелки.
На краю тарелки.
Итак...
Ну что, как твои дела?
Мои дела - замечательно.
Хорошо. Рассказывай.
На чём мы остановились
в прошлый раз?
Ах, да! Я вспомнила.
В тот раз ты сказала моему парню,
что он недостаточно хорош для меня.
Ну, я надеялась, что он
докажет мне обратное.
Это была наша помолвка.
Признаю, я неудачно
выбрала момент.
Но ты не удосужилась
познакомить нас до этого.
Боже,
о чём я только думала?
Я не знаю. О чём?
Хотя знаешь, не важно.
Всё это так иронично.
В каком смысле иронично?
Что все эти годы я
обижалась на тебя,
а сейчас я вижу,
что стала... совсем как ты.
Что-то ты темнишь, Элизабет.
Не-а. Мне
диагностировали
обсессивно-компульсивное
расстройство личности.
Это заболевание,
которое,
к сожалению, есть
у нас обеих.
Что, прости?
Непоколебимая уверенность,
что проблема в других людях.
Ну, по большей
части так и есть.
Одержимость перфекционизмом.
Нежелание
довольствоваться малым.
Не вижу в этом
ничего плохого.
Ага. Послушай, ещё не
поздно вылечить это.
Сможешь облегчить себе жизнь.
Будешь жить в мире и согласии.
Элизабет, я такая,
какая есть.
Ты уже бабушка.
- Правда?
- Да.
У меня два сына.
Два сына.
- Спенсер и Сэйдж.
- Постой, постой.
Умоляю, скажи,
что ты замужем.
Я замужем. Да.
Его зовут Джош. Он...
Так, а чем ты занимаешься сейчас?
Где работаешь?
- Я невролог.
- Угу.
Некоторые считают
меня одним из...
- Ты счастлива?
- ...лучших в стране.
- Я счастлива.
- Ох!
У меня хорошая жизнь.
И ты должна быть её частью.
Я бы очень этого хотела.
- Мм!
- Отлично.
Так ты пойдёшь
к психотерапевту?
Я не могу впустить тебя
в дом в таком состоянии.
Познакомишься с детьми.
Вот увидишь, они чудесные.
Ты сразу в них влюбишься.
Это смешно?
Что в этом смешного?
Я не понимаю.
Я серьёзно...
Я не понимаю, в чём дело.
Я никогда не видела,
чтобы мама смеялась.
Над чем ты смеёшься?
Мама, почему ты смеёшься?
- Мама, почему ты смеёшься?
- Она смеётся лишь когда не права.
Не права?
В чём ты не права?
Огласи весь список.
Насчёт себя.
Я была не права насчёт себя.
- Насчёт себя?
- Да, я ошибалась насчёт себя.
Я не понимаю.
У тебя замечательный муж.
И двое чудесных детишек.
И ты счастлива. Ты сама сказала,
что счастлива, так ведь?
Да. Верно.
Это значит, что я была
хорошей матерью.
Что?
Знаешь, я преуспела
вопреки тебе, мама.
Нет. Это всё я.
Зачем ты хотела
увидеться со мной?
Провести переучёт, наверное.
Что ж, разве это
не прекрасно.
- До свидания, мама.
- Пока.
Я была хорошей матерью.
Мм. Ух-ты.
Гарриет, ты просто нечто.
Я такая, какая есть.
Ладно, пойдёмте отсюда.
Идём.
С машиной что-то не так.
Ради бога, это был
лишь вопрос времени.
Вы точно почините это
к завтрашнему утру?
- Так, кажется нам сюда.
- Номер-р-р-р-р шесть.
- Сюда.
- Идём!
Второй...
Ночёвка! Ночёвка!
Ву-хуу!
У нас будет ночёвка.
Думаешь, мой батя когда-нибудь
объявится, чтобы пообедать со мной?
Я не знаю. А ты
сама этого хочешь?
Понятно. Ты хочешь,
но лучше бы не хотела.
Ну да, наверное.
Понимаю.
Моя мама ушла от нас,
когда я была младше, чем ты.
И ты её больше не видела?
Нет.
Я тоже своего батю
не видела.
Отстой, правда?
Ему же хуже.
Да.
- Ему же хуже.
- Да.
- Я клёвая.
- Да, ты клёвая.
- Я офигенно клёвая.
- Да.
Я знаю. Ты тоже
ничего такая.
Думаешь? Правда думаешь,
что я клёвая?
- Знаешь, что я думаю?
- Что же?
В жопу твою маму.
Куда мы идём?
Так тепло.
Осторожно.
Какая прелесть.
Ну, как тебе?
Здорово, да?
- Не хотите ли искупаться?
- Ага.
Пошли.
Главное ничего не намочить.
Положим всё в сторонку.
Раз.
Два. Три!
О, да.
Это был лучший день
в моей жизни.
У тебя впереди ещё столько
хороших дней, милая.
Это правда.
Хочешь мою шоколадку?
Нет. Никто сейчас
сладкое есть не будет.
Видишь там птичку?
Смотри, там птичка, она живет в...
Извини.
Большое спасибо. Пожмите.
Благодарю вас. Спасибо.
- Спасибо, что заплатила.
- Ах...
Бренда.
Может, э...
Может сфотографируемся?
- Давайте сфоткаемся.
- Да, да.
- Одно сэлфи на память.
- Хорошо.
Готовы?
Хорошо, что я
такая длинорукая.
- Отлично. Хорошо, поехали.
- Хорошо.
Чур я спереди!
Это доктор Морган,
я звоню Гарриет Лоулер.
Прошу Вас связаться со мной
как можно скорее,
мне нужно обсудить с Вами
результаты Ваших анализов.
Застойная сердечная
недостаточность, иными словами,
Ваше сердце перекачивает недостаточный
для Ваших органов объём крови.
Моё сердце не слабое.
Нет, нет.
Но оно не справляется.
- Лечение?
- Эм...
Боюсь, вы не самый
подходящий кандидат.
Сколько мне осталось?
Сложно делать какие-либо
прогнозы, эм, в подобных случаях.
И как это произойдёт?
Повторюсь, эм...
Сложно спрогнозировать... Да.
Меня это не устраивает.
К сожалению, хороших новостей у
меня для Вас нет. Мне очень жаль.
Полагаю, слово "жаль" и его использование
в этом контексте оправдано.
Я поработал над своими
хорошими манерами.
Да мне насрать.
Что... В чём дело?
Ты в порядке?
Что случилось?
Мне больше некому
было позвонить.
Так у тебя слабое сердце?
Нет. Моё сердце
просто перегружено.
И это может случиться
в любой момент?
Так он мне сказал.
- Даже в душе?
- Да.
- И в туалете?
- Да.
И даже прямо сейчас,
пока мы разговариваем?
Да. Почему тебе так
сложно это понять?
Нет, я просто...
Это, наверное, тебя убивает.
Ты понимаешь, о чём я.
Ну да.
- И тебе остаётся только ждать.
- Ну, мы все ждём.
Энн, некролог.
Теперь у тебя достаточно материала,
чтобы его переписать, да?
- Да.
- Прекрасно.
- Ладно. Я тогда займусь им.
- Хорошо. Спасибо.
Умереть не встать!
При взгляде на тебя
кажется, что так и есть.
Я смотрю, ты всё такая же
неприступная, будто кол проглотила.
Я бы сказала "катись к чертям",
но боюсь, ты так и сделаешь.
Пойду лучше заварю нам чай.
Ты хочешь обсудить со мной,
почему мы разошлись?
Ты поэтому приехала?
Эм, спустя 22 года.
Я только-только рассчитался
со своим адвокатом.
- Моими деньгами.
- Верно.
Спасибо.
Эдгар, пожалуйста, помоги мне.
Что ж, я никогда не
придерживался мнения,
что в браке нужно учиться
идти на компромисс.
Компромисс лишь означает,
что несчастными будут двое, а не один.
Иногда бывало по-твоему.
А иногда твой муж
покупает ферму альпак.
А иногда твоя жена
тратит кругленькую сумму
на самый неудобный диван в мире!
- Это был не диван, а козетка.
- Межпозвоночная грыжа по-французски.
- Но на нём не надо лежать.
- Это диван! Они для этого и задуманы.
Хорошо.
Я так устала, Эдгар.
Я знал, на что иду,
когда женился на тебе.
Это был мой выбор.
И я никогда не жалел об этом.
Ни дня.
Ну, у Элизабет выбора не было.
Она застряла со мной.
- Ты делала всё, что могла.
- Не правда.
Ты был молодцом. Ты
справлялся лучше меня. Ты...
Ах, да, ты был её защитником.
Ты был таким
замечательным отцом. Да.
Я так понимаю, вы виделись.
Да.
Понимаешь, Элизабет убеждена,
что у тебя не всё в
порядке с головой.
Мм?
Да!
Может, так и есть.
Спасибо.
В ЭФИРЕ
С вами Гарриет Лоулер
и я желаю вам доброго утра.
Но что это значит на самом деле?
Пусть ваш день не будет хорошим.
Пусть это будет важный день.
Или честный день.
Или откровенный день.
Или искренний день.
"Хороший день" - ну уж нет.
Вы будете несчастны.
Так или иначе, вот вам моя мысль,
которую вы должны обдумать.
Пока делаете свою работу
по дому, домашнюю работу,
водительскую работу,
игровую работу,
рабочую работу.
Пусть ваш день будет
наполнен смыслом.
А я сейчас буду
слушать эту музыку.
И попробую наполнить
смыслом этот момент.
АНДАЛУСИЯ
Готова?
У тебя надо спросить.
Ты прекрасный писатель.
Правда?
Ух-ты.
Ты прекрасный
писатель некрологов.
Ясно. Я...
Ну да. Я так и знала, да.
Нет, нет, нет. Прекрати.
Они хорошие.
Это очень хорошие эссе.
Но это фантазии. Фантазии
маленькой девочки.
А ты женщина.
Я хочу, чтобы ты писала
про эту реальность.
Я...
Я боюсь совершить ошибку.
Нет. Не ты делаешь ошибки.
А ошибки делают тебя.
Ошибки делают тебя умнее.
Они делают тебя сильнее. Они учат
тебя полагаться на собственные силы.
Но я не такая, как ты, Гарриет.
У меня нет...
Твоего бесстрашия.
Я скажу тебе кое-что,
чего никогда не говорила своей дочери.
Потерпи фиаско!
- Что?
- Облажайся.
- Провались с треском.
- Это...
И это твой совет?
Да, потому что ты учишься,
когда ошибаешься.
Когда терпишь поражение, ты живешь.
Я не уверена, что смогу
написать твой некролог.
Умоляю.
Это же просто слова.
Да, но...
То есть, я знаю.
Я просто...
Не готова закрыть
эту главу своей жизни.
Но мы же мою жизнь
закрываем, а не твою.
Да, но твоя жизнь
во много раз интереснее.
Милая, иди сюда.
Твоя жизнь ещё даже не начиналась.
Да.
- Мне захотелось это сделать.
- Спасибо.
- Ладно, пока.
- Пока.
Да брось, я шучу.
Ты приятно пахнешь.
Это винил и апатия застойных 90-х.
Спасибо за кофе.
Можно... Можно
я оставлю её себе?
Алло.
Гарриет?
Я сейчас буду.
Во всяком случае, когда
ты говоришь "херня"...
Я только что узнала поистине
шедевральный речевой оборот.
- Какой?
- Хреньдец.
- Что, прости?
- Хреньдец.
- Значит, мне не послышалось.
- Объясни.
Ладушки.
Сначала у нас идёт "херь".
На уровень пожёстче
у нас "херня".
Ещё на уровень жёстче
у нас "пиздец".
Но что-то по-настоящему
упоротое - это хреньдец.
Вот... Вот за этим ты меня позвала?
Извини, но мне нужна твоя помощь.
Акт публичной агрессии,
который я запланировала,
может закончиться для
нас с тобой в тюрьме.
А я?
Детская комната.
Я за.
И тебе придётся звонить
её матери из тюрьмы.
"Криминальный авторитет -
Гарриет Лоулер -
погибла в перестрелке в сиянии славы."
Вот это чёткий козырь!
Да, пожалуй.
Так, вот мой план.
Эй, эвакуаторщик, подойдите.
Спасибо, что приехали.
Возьмите оттуда цепь, закрепите,
идите туда к этому знаку
и оторвите нахрен букву "Л".
Торопитесь.
- За дело.
- Ясно?
Давай, чувак, привязывай. Быстрей.
Живей, живей, живей.
Ну же, погнали!
Быстрей, быстрей, шевелитесь.
Ещё разок.
Шевели задницей!
Может, на пару сантиметров левее.
Всё готово. В машину.
Скорей!
В машину. В машину.
Благодарю вас, сэр.
Гарриет!
Что, чёрт возьми, ты тут творишь?
Делаю то, что мне давно
пора было сделать.
Ну всё! Я лично позабочусь о том,
чтобы не осталось
ни единого намёка на то,
что ты когда-то тут работала.
Отлично. Меня это устраивает.
Ну же, Гарриет!
Жми!
- Да!
- Хреньдец!
- Хреньдец!
- Хреньдец!
Добро пожаловать на шоу Энн и Бренды!
Она просто спит.
Гарриет Лоулер
предусмотрительно
оставила мне указания
для сегодняшней службы.
Очень подробные указания.
Цветы, музыка, речи, рассадка гостей.
Всё выбирала Гарриет.
Гарриет также попросила
меня сообщить вам,
что она завещала свой дом
городу Бристолю.
Дабы сделать из него новую
общественную библиотеку.
Библиотеку, в которой все книги
будут стоять в алфавитном порядке.
Потому что, и я, эм...
Я процитирую,
"Десятичная система Дьюи
для неудачников".
Внушительную сумму денег она также
пожертвовала "Бристоль Газетт".
И я должен передать: "Теперь
можешь расслабиться, Рональд".
И, наконец, Робину Сэндсу
и радио KOXA
Гарриет оставила свою мастерски
подобранную коллекцию пластинок,
включая все записи
группы The Kinks,
"самой недооценённой
группы всех времен".
А теперь, Гарриет просила,
чтобы её подруга,
Энн Шерман, выступила с речью,
но не дольше трёх с половиной минут.
"Преданная поклонница рок-н-ролла,
ставшая диск-жокеем
в возрасте 81 года,
Гарриет Лоулер ушла из
жизни в четверг вечером.
Будучи основателем
рекламного агентства Лоулер,
она много лет возглавляла
одно из самых успешных
рекламных агентств в штате.
Она сохранила дружеские отношения
со своими бывшими коллегами.
А с недавних пор часто посещала
общественный центр,
где стала наставником
для Бренды Уилсон,
девочки из Южного Бристоля.
У неё осталась дочь,
доктор Элизабет О'Мэлли,
и два внука, Спенсер и Сэйдж."
Это её некролог и он отстойный.
Я его написала.
По правде говоря,
я и подумать не могла,
что всего через каких-то
пару недель, месяц,
я буду стоять здесь...
И говорить о женщине, которую
я по-настоящему любила.
О женщине, из-за которой
я захотела уйти с работы.
И о женщине, из-за которой я
чувствовала себя полнейшим ничтожеством.
Эм...
Но она никогда так
обо мне не думала.
И она ни о ком из
вас так не думала.
Она просто хотела, чтобы мы стали
лучше... Лучшими, кем мы можем быть.
Потому что она
видела в нас что-то,
чего мы не видим, и это...
Это самое... удивительное.
Эм...
Поэтому...
Я считаю, нам всем очень повезло,
что мы знали Гарриет Лоулер.
Хреново, что она умерла.
Но,
в конечном итоге,
всё, что я хотела сказать,
всё, что я на самом деле хотела
сказать, что она не будет забыта.
Это лучшее, на что любой
из нас может надеяться.
Что нас не забудут.
Гарриет Лоулер прожила свою жизнь.
И я почту её память тем,
что проживу свою.
ЭНН ШЕРМАН - ВЫЛЕТ ИЗ ЛОС-АНДЖЕЛЕСА
ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ: АНДАЛУСИЯ, ИСПАНИЯ
ВЕДИ
ОСТАЛЬНЫЕ ПОСЛЕДУЮТ ЗА ТОБОЙ
Это не моё заявление
об увольнении.
Это мой некролог.
"Молодая девушка, работавшая
на тебя последние семь лет,
мертва и похоронена.
Она оставляет позади жизнь,
полную нерешительности,
сомнений и страха.
По ней не будут скучать.
По ней не будут скорбеть.
Потому что она на самом деле
никогда и не была жива.
Но теперь живёт.
И впереди у неё
целая жизнь.
Целая жизнь, которая только
и ждёт, чтобы её наполнили."
 

////////////////////////////