Главная Учебники - Разные Лекции (разные) - часть 49
|
Московская Русь
Московская Русь связана с предшествующей ей Киевской Русью самыми тесными узами.
¨ В сознании русских людей Московской Руси никогда не возникало представления о какой-то дистанции между Московской и Киевской Русью. ¨ В Московии продолжала править все та же династия Рюриковичей, во Владимир, а затем и в Москву перебирается из Киева общерусский митрополит. ¨ Особенно же характерно то, что в фольклорном восприятии Киев остается «матерью русских городов», а князь Владимир своим русским князем, эпическим «Владимиром Красно Солнышко». ¨ Слишком многое с непреложной убедительностью говорит в пользу того, что московский период был эпохой развития единой русской культуры, у которой было еще две — предшествующая и последующая — эпохи. И тем не менее между Московской и Киевской Русью налицо очень существенные различия.
Они бросаются в глаза уже при чисто внешнем сопоставлении. Киевской мы называем Русь между концом IX и первой третью ХШ века вовсе не потому, что Киев непрерывно играл в ней безусловно доминирующую роль. ¨ Во-первых, с самого начала Киевской Руси давало знать существование у нее второго, гораздо менее значимого и все же ощутимого центра — Новгорода. ¨ И, во вторых, начиная со второй половины XI века все более дают о себе знать местные центры древнерусской культуры: Галич, Полоцк, Чернигов, Владимир, Рязань и т. д. ¨ Обращение к Московской Руси обнаруживает прямо противоположную тенденцию. Она всем хорошо известна как собирание московскими князьями Руси вокруг Москвы.
После татаро-монгольского нашествия Москва соперничала и с Владимиром, и с Нижним Новгородом, и с Тверью, и с Новгородом Великим.
Каждый раз соперничество заканчивалось одним и тем же-
подчинением местного центра Москве.
Причем подчинение не было только политическим.
Одновременно с расширением Московского княжества и его все большей централизацией происходила и унификация культуры. ¨ Скажем, в XIV — ХЧ веках своеобразие Новгорода, Пскова, Твери в качестве особых, со своими уникальными чертами, культурных центров выражено очень внятно. ¨ Между тем присоединение различных земель и княжеств к Московскому княжеству достаточно быстро приводило к тому, что их культура приобретала московские черты. Влияние Москвы могло быть естественным и органичным, но могло быть и результатом насильственных действий из центра.
-К примеру, новгородский дух в русской культуре
, складывавшееся столетиями новгородское своеобразие были буквально выкорчеваны
Москвою. Меры здесь были решительными и очень крутыми.
В частности, при Иване Ш они состояли в массовом выселении в глубь Московского княжества сотен семей новгородских бояр
и менее крупных землевладельцев и, соответственно, поселении в новгородских землях московских дворян
. В результате Москва
не только получила надежную опору
в лице правящего сословия вновь присоединенных земель
, но и прервала естественный ход развития новгородской культуры
. К концу ХV века Московская Русь становится московской именно потому, что ее центр играет в ней роль даже отдаленно несопоставимую с ролью каких-либо других городов страны.
Все импульсы государственной жизни исходят из Москвы или направлены к ней.
Сходная ситуация сложилась и в культуре.
В начале XVI века в Московской Руси оформляется представление о Москве как третьем Риме.
Этим подводится предварительный итог возвышения Москвы и фиксируется признание ее исключительного положения уже не только в русской, но и мировой истории.
-После падения Константинополя
православный мир потерял свой духовный центр. -Русь все больше ощущала себя не православной страной в ряду других православных стран, а православным миром как таковым, Святой Русью в окружении иноверцев. -В народном эпическом сознании это обстоятельство зафиксировалось таким образом, что Русь, русская земля, отождествлялась с землей вообще. По отношению именно к такому миру в XVI веке Москва берет на себя роль третьего Рима. Если его не существует, то нет тогда и мира Божия.
Ведь Рим удостоверял своим существованием лад и строй православной жизни, он играл роль некоторого подобия исконно первобытного пупа земли. Поэтому совсем не до агрессии было Московскому государству, когда Москва провозгласила себя третьим Римом.
-Сделано это было от нужды и потребности утвердить свое, существование, а вовсе не в перспективе безудержной экспансии. -Учтем здесь и тот момент, что с падением православного Нового Рима — Константинополя, Ветхий Рим католиков оставался единственным Римом христианского мира. -Противопоставить ему свой православный Рим было жизненно важным. Образ Рима,
как он закрепился в сознании европейского человечества, всегда был образом мировой, вселенской столицы
. В него вели все дороги, от него же исходили величие,
блеск и великолепие светской власти, благочестие и учительство властей духовных.
«Два Рима пало, третий стоит, а четвертому не бывать», —
возложил на себя царскую корону и произнес слова русский царь-батюшка.
-Все подданные московского царя воспринимали себя в качестве его детей. -Соответственно, по отношению к царю у них могли быть одни обязанности, а никакие не права. -Право казнить и миловать принадлежало только царю. - Он бывал Грозным, как Иван IV, или Тишайшим, как Федор Иоаннович, но лютовал или царствовал в тихости по праву. -Тут ему никто был не указ. -Исключение составляла Церковь
. Ее представители, случалось, выступали с обличением царских непотребств. Но представить себе на русской почве что-либо подобное отлучению от Церкви Римскими Папами западных императоров и королей совершенно невозможно. -В целом духовенство так же склонялось перед царской волей, как и другие сословия. На посторонний взгляд
(а таковым в значительной степени стал взгляд не только иноземцев, но и русских людей XVIII — ХХ веков), в Московском царстве в промежутке между началам XVI и концом XVII столетий царили всеобщее -рабство и низкопоклонство, -угнетенность и подавленность личности. -И в самом деле, царская власть и власти на местах менее всего склонны были принимать во внимание то, что на Западе считалось и считается личными правами. - Московская Русь не была правовым государством хотя бы с каким-то подобием самостоятельности судебных инстанций. Однако и утверждение о всеобщем рабстве было бы поспешным и, как минимум, неточным. -Все-таки русский царь был помазанником Божиим, отвечающим за своих детей-подданных перед Богом. -Он подлежал Божьему суду и ему необходимо было печься о спасении своей души. -Даже у такого преступного царя
, каким был Иван Грозный,
имели место не
только поползновения на неограниченную власть,
якобы дарованную ему Богом, но
и раскаяние по поводу совершенных им преступлений.
-Если Иваном IV делались
многочисленные пожертвования монастырям с тем,
чтобы их монахи молились за души погубленных людей,
то за этим не может не стоять сознание своей преступности и греховности. -Такое сознание в принципе чуждо тому, кто воспринимает своих подданных в качестве рабов.
-Конечно, они были рабами, но только рабами Божиими, каковым, несмотря на всю свою вознесенность, оставался в своем представлении и русский царь.
-Для него русский народ был детьми
, за которыми необходимо строгое попечение, которых можно и нужно строго наказывать, но обязательно к их благу.
Самое сомнительное и опасное в этой ситуации состояло в том, что русские цари не знали никаких внешних ограничителей в своих добрых и злых делах
. В 1477 году в Москве оказался некто Амброджо Контарини.
Он побывал в качестве посла венецианской республики в Персии и обратный путь проделывал по Волге и, стало быть, не мог миновать в своем странствовании Московии. -В Москве Контарини прожил четыре месяца и будучи представителем такой видной в конце XV века державы, как Венеция, вызвал интерес со стороны правительства.
Что и привело к аудиенции венецианца у самого великого князя Ивана Васильевича
. Вот как ее описывает сам Контарини
. «На следующий день я был приглашен во дворец на обед к великому князю.
До того как идти к столу, я вошел в покои, где находился его высочество... с доброжелательнейшим лицом его высочество обратился ко мне с самыми учтивыми, какие только могут быть, словами...
Пока государь произносил свою речь, я понемногу отдалялся, но его высочество все время приближался ко мне с величайшей обходительностью.
Я ответил на все, что он мне сказал, сопровождая свои слова выражением всяческой благодарности.
В подобной беседе мы провели целый час, если не больше. Великий князь с большим радушием показал мне свои
одежды из золотой парчи, подбитые прекраснейшими соболями.
Затем мы вышли из того покоя и медленно пошли к столу. Обед длился дольше обычного, и угощений было больше,
чем всегда.
Присутствовало много баронов государя...
Я поцеловал руку его высочества и ушел с добрыми напутствиями». "
В описании аудиенции венецианским послом очень примечательна простота обхождения с ним московского государя и его доступность иноземцу.
Оно очень точно соответствует событию, происшедшему в годы правления патриарха Никона.
-Избранный на патриарший престол в1652, году, через два года Никон начинает церковную реформу, -в результате которой от Русской Православной Церкви отделилось до 30% ее членов. -Церковь вступила в полосу тяжелого кризиса тогда, когда при всем внешним признакам ее положение было незыблемо прочным. -Еще в самом конце XVI века первоиерарх Русской Православной Церкви наконец стал именоваться не митрополитом, как ранее, а патриархом. -Тем самым наша Церковь была уравнена в своих правах с древними православными церквами Константинопольской, Александрийской, Иерусалимской и получила автокефалию — полную внутреннюю самостоятельность. -В XVII веке Русская Православная Церковь была мощным хозяйственным организмом с огромными земельными владениями, в стране развернулось невиданное ранее каменное строительство храмов и монастырей. Но не в первый и не в последний раз для нашей истории внешнее благополучие внезапно и резко обернулось кризисом.
-Реформа Никона его не предвещала, так как касалась вопросов. Всего-навсего Никон вознамерился внести правки в богослужебные книги, вкравшиеся в них во время многократных переписываний и переводов с греческого языка. -Касалась его реформа и некоторых незначительных изменений в богослужении, носивших чисто внешний обрядовый характер. К числу самых важных и широко обсуждавшихся
в процессе реформы относились следующие вопросы:
— о сугубой или трегубой аллилуйе
, состоявший в том, дважды или трижды петь «аллилуйя» во время богослужения
; — о том, ходить ли священнослужителям в храме вокруг престола посолонь (по солнцу) или против солнца;
— писать Исус или Иисус,;
— осенять себя крестом двумя или тремя перстами.
На посторонний взгляд, расхождения в богословских формулировках и элементах богослужебного действия кажутся пустяковой формалистикой.
Люди то остаются православными христианами. -Русские люди сочли иначе. -Одни из них неколебимо и бескомпромиссно встали за двоеперстие и сугубую аллилуйю, -другие, соответственно, предпочли троеперстие и трегубую аллилуйю. -В результате в Церкви произошел раскол, недавние единоверцы столкнулись как не приемлющие друг друга по вере.
По мере углубления взаимного неприятия каждая из сторон стала для противоположной едва ли не воплощением бесовских сил и Антихриста. -Вопрос о том, что все-таки разделяло никониан и старообрядцев, -оторвало от Православной Церкви такую значительную ее часть, -начнет проясняться, если учесть, кто по преимуществу уходил в старообрядчество и держался его в дальнейшем. -Окажется, что это люди традиционного жизненного уклада, в своей основе исключительно крестьянского. -Причем те, кто за свой уклад жизни держался необыкновенно стойко. -В дальнейшем старообрядцев практически не коснулись петровские реформы, европеизация различных сторон.
| |||||